Подобно перцу, он придает жизни удивительный пряный вкус, который нельзя спутать ни с чем.

— Думаю, что ты получил бы удовольствие, играя в “русскую рулетку”.

Большая Устрица Пок рассмеялся.

— Я играл и в эту игру. На спор. И получил таким образом одно из своих судов. Элементарно просто.

Он снова засмеялся.

— Так как же насчет женщины, укравшей опал? — напомнила Блисс.

Он взглянул на нее.

— Я получу камень назад?

Блисс молча катнула опал к нему по столу.

— Она была моей любовницей, — промолвил он. — Была до тех пор, пока я не узнал, что она встречается с коммунистическим агентом с материка.

— Она шпионила в пользу Китая?

—Да.

Ее глаза вдруг затуманились. Ночь расцвела огнями. Лунная дорожка протянулась перед ней.

Да-хэйвтягивала ее в себя...

Не сейчас! Я уже почти у цели!Странные голоса морских существ вплетались в дорожку света, делая ее ярче, пока Блисс не услышала чей-то зов, обращенный к ней...

Идет, он идет...

Кто идет?

Он идет. Он уже здесь.Большая Устрица Пок повернул голову.

Он выпустил из пальцев палочки, и они звякнули о край тарелки. Он попытался встать в то время, как Блисс продолжала сидеть, завороженная призрачными голосами. Точно во сне она увидела, как Большая Устрица Пок открыл рот.

— Мать твою... — начал было он.

Раздался оглушительный грохот. Один!.. Другой?.. Третий!.. Четвертый!.. И еще... И еще... И все пули точно попали в цель!

Именно тогда все и началось, но Маккена отказывался верить этому, признаться себе, что сам виноват в мучительных кошмарах, преследовавших его. Нет, все дело было в колдовстве, в чарах, наложенных на него пылающими жертвенными кострами и древними заклинаниями.

Проклятые туземцы — вот настоящие виновники его страданий. Это они хотели его смерти. Они требовали расплаты за его преступление. Австралийские аборигены, китайцы — для Маккены было все равно. В его сознании они все слились воедино, образовав отвратительное, жуткое месиво из лиц. Со временем из этого месива выкристаллизовалась громадная фигура ВРАГА, грозно высившаяся над Маккеной, загораживая свет жизни, унижая его, лишая мужества и сознания собственного превосходства над “цветными”.

Его мозг, терзаемый жестокой пыткой, метался в поисках ближайшей мишени и вскоре нашел ее.

Большая Устрица Пок.

Отправившись разыскивать его, Маккена обошел все рестораны, кафе и притоны, расположенные в Ванчае. В “Розовой Чашке” кто-то напомнил ему, что Большая Устрица Пок неизменно ужинает в “Стар Хаузе” на Козевэй бэй.

Маккена ввалился в ресторан, дико озираясь покрасневшими глазами. Он производил впечатление буйно помешанного, но поскольку китайцы всех гвай-лопривыкли считать сумасшедшими, то официанты продолжали деловито сновать вдоль проходов между столиками, держа в руках подносы с едой и не обращая на него никакого внимания. Никто ничего не заподозрил, даже когда он, расталкивая всех, стремительно приблизился к столику Большой Устрицы Пока.

И тогда он вытащил “Магнум” и, нажав курок шесть раз подряд, разрядил обойму.

Дьявол вырвался на свободу.

Закрыв глаза, Джейк парил в пустоте, окружавшей его.

— Джейк-сан, ты слышишь меня?

— Привет, Микио-сан, — устало отозвался он. — Да, я слышал, что ты сказал.

Микио уселся на татаминапротив Джейка. На другом конце комнаты возле окна стояла Казамуки, дожидавшаяся приказаний своего оябуна.Микио сделал едва уловимый жест рукой, и она, слегка поклонившись, бесшумно выскользнула из комнаты, так, что Джейк, изможденный до предела, даже не заметил, как это случилось.