Рюарк Бошан, дракон ее мечты, кошмар ее бессонных ночей, почему он так ее преследует? До того, как она увидела его в тюремной камере, она была счастлива, остроумна и весела, теперь же удивлялась своей апатичности и унынию, делавшими ее похожей на старую деву.

Шанна смотрела на испещренные тенями газоны.

— Рюарк Бошан… — мягким, как легкий бриз, шепотом повторяла она. — Не прячетесь ли вы здесь, в этой тьме? Какие чары навлекли вы на меня? Я чувствую ваше присутствие рядом, и оно меня волнует. Почему так жаждет вас мое тело, когда разум говорит «нет»?

Шанна перегнулась через перила и попыталась обуздать свое пылкое воображение.

«Какими чарами этот человек околдовал меня? — недоумевала она. — Почему я не могу от них освободиться, покончить с этим? Я чувствую себя как в ловушке, словно я его рабыня. Может, сейчас он сидит в коттедже и бормочет какое-нибудь заклинание, чтобы вызвать меня к себе. Кто он, волшебник или колдун, подчинивший меня своей воле? Нет, я не буду ему подчиняться! Я не хочу».

Отойдя от перил, Шанна снова заходила взад и вперед, погруженная в свои мысли.

Внезапно около нее шевельнулась какая-то мрачная тень, и ее окутало облако ароматного дыма. Сердце Шанны забилось. Рюарк! Ей с трудом удалось подавить готовый вырваться возглас.

— Прошу прощения, мадам, — прозвучал глубокий, сильный голос Натаниэля Бошана. — Я не хотел вас напугать. Я просто вышел выкурить трубку на воздухе.

Шанна пристально посмотрела в его сторону, пытаясь сквозь густую тень увидеть лицо. Отец пригласил капитана переночевать в своем доме, но она почти забыла о нем, полная мыслей о Рюарке.

— Этот табачный запах… — поколебавшись, произнесла она. — Мой муж… он курил… — Это уже довольно распространенная привычка, как мне кажется. А у нас табак растет около моего дома. Курить нас научили индейцы.

— Индейцы? О, вы хотите сказать, дикари.

Натаниэль усмехнулся:

— Не все такие уж дикари.

Шанна не знала, как ей начать разговор о том, что не давало ей покоя. Между тем затянувшееся молчание прервал голос капитана.

— Ваш остров восхитителен, мадам. — Луна высветила зажатую в его руке трубку. — Ваш отец, по-видимому, сделал для этого все возможное.

— Лос-Камельос… — пробормотала Шанна с отсутствующим видом. — По-испански это значит «верблюды». — Она повернулась и устремила взгляд в сторону капитана Бошана. — Сэр, я должна задать вам один вопрос.

— К вашим услугам, мадам. — Он вставил в рот трубку и выпустил небольшой клуб дыма, а огонек от трубки слегка осветил черты его лица.

Шанна неуверенно начала:

— Я… я встретила своего мужа в Лондоне при довольно необычных обстоятельствах, и мы поженились спустя всего лишь несколько дней. И были вместе недолго, до того как его… у меня отняли. Я ничего не знаю о его семье, и была ли она у него вообще. Мне бы очень хотелось знать, есть ли у него… я имею в виду, остались ли у него… Голос ее дрогнул.

— Мадам Бошан, я хорошо знаю только самых близких ко мне членов семьи, и, насколько мне известно, у меня нет ни кузена, ни дальнего родственника по имени Рюарк Бошан…

— О! — проговорила разочарованная Шанна. — Я так надеялась… — Она не смогла закончить и эту мысль, так как сама не знала, на что именно она надеялась.

— Это достаточно распространенная фамилия, и я не могу утверждать, что знаю всех, кто носит ее.