Изменить размер шрифта - +
По стенам мелькали знакомые тени, но ей казалось, что ничем не заполнить образовавшейся в ней пустоты. Она притянула к себе подушку и зарылась в нее. Перед тем как крепко уснуть, она снова с невероятной ясностью почувствовала под своими пальцами тугие мускулы мужской спины.

Наступившее утро не принесло ответа на ее вопросы. Подушка оставалась подушкой, однако крепкий сон сделал чудо: Шанна почувствовала себя бодрой, встала, приняла ванну и надела лилово-розовое платье, которое Эргюс крепко зашнуровала на ее талии.

Квадратное декольте слегка приоткрывало ее грудь. Она посмотрелась в зеркало и рассеянно погладила волосы. Потом лукаво улыбнулась, вспоминая слова Рюарка. Она недостаточно женственна! Так ли это? И в чем это проявляется? Имел ли он в виду ее тело, ее походку или же ее ум?.. Ладно. Шанна покинула свои апартаменты и направилась к отцу.

Орлан Траерн вставал с рассветом, но чаще всего завтракал в обществе дочери. Он любил эти минуты, хотя они успевали обменяться всего лишь несколькими фразами. Спускаясь по лестнице, Шанна услышала в столовой голоса. В этот час сквайр нередко принимал кого-нибудь, обычно по неотложным делам. Повинуясь какому-то смутному предчувствию, девушка осторожно приблизилась к столовой. Но вот появилась Берта.

— Гут морген, Шанна! — воскликнула экономка. — Вы сегодня чувствуете себя лучше?

За открытой дверью прозвучал голос отца:

— А! Вот и моя дочь.

Послышался шум отодвигаемого стула, и в дверном проеме показалась фигура Траерна. Взяв Шанну за руку, он ввел ее в комнату, защищенную от солнца белыми шторами на окнах, свободно пропускавшими воздух.

— Дитя мое, мне необходимо побеседовать с этим человеком, — проговорил сквайр.

Шанна замерла в оцепенении, когда увидела, о ком идет речь. Лицо ее залилось краской, губы приоткрылись от удивления, Траерн посмотрел на нее и нахмурился. Он очень тихо прошептал ей:

— Ну да, это мой раб. Но я не считаю для себя унизительным пригласить его разделить с нами трапезу. Будьте же любезной хозяйкой дома и улыбнитесь нашему гостю. — Подталкивая ее локтем, он продолжал уже громче: — Шанна, это господин Рюарк. Джон Рюарк — человек образованный и умный. Я хотел бы задать ему несколько вопросов.

Джон Рюарк встал. Янтарные глаза улыбнулись ей и пробежали по ее фигуре, пока Траерн отдавал какие-то распоряжения Берте. Почувствовав себя словно, раздетой под взглядом Рюарка, Шанна снова покраснела. Она пробормотала какую-то банальную любезность и с негодованием взглянула на его короткие штаны, хотя и чистые, но, тем не менее, совершенно неуместные в данном случае. Слава Богу, на нем была хоть рубаха. Коротко подстриженные волосы вились на висках, подчеркивая тонкость черт его лица. Шанна была вынуждена признать, что он не выглядел страдающим от своего положения рабом. Все в нем дышало здоровьем и чарующим жизнелюбием. Он был еще прекраснее, чем в день их бракосочетания.

— Я очарован, мадам, — тепло проговорил Рюарк.

Шанна нахмурилась.

— Вы сказали — Джон Рюарк? Я знала Рюарка в Англии. Разорившиеся дворяне, правда, убийцы и разбойники. Отвратительные канальи. Вы не из их рода, сэр?

Говорила она мягким голосом, не скрывавшим, однако, ее презрения. Рюарк встретил ее слова веселой улыбкой, Траерн же метнул на нее предостерегающий взгляд.

— Простите меня, господин Рюарк. Я не привыкла к общению с рабами.

— Шанна! — Голос ее отца был тихим, но в нем чувствовалось недовольство.

Изобразив на лице раскаяние, она скользнула на свое место за столом и, не обращая внимания на Рюарка, повернулась к прислуживавшему им невысокому пожилому седовласому негру. Шанна наделила его самой обворожительной улыбкой.

— Доброе утро, Милан, — приветливо проговорила она.

Быстрый переход