— Здорово. Повышает достоверность.

— Да с таким объемом памяти что хочешь делать можно. Я еще микрофоны вывел, чтобы оператор в курсе разговоров был.

— Молодец. Непотраченные бабки — твоя премия. Можешь еще фенечки придумать?

— Конечно.

— Действуй, корешок ты мой технологичный. Не сильно загружаешься?

— Нет, мне самому интересно...

— Время есть, месяц, как минимум... Что надо — список составь, я куплю...

— Сделаем. Я подумаю, дома еще поработаю.

— Как обычно, в шесть, — Рыбаков-старший был задумчив, он размышлял о покупке нового каталога монет.

Книга была дорогая, и надо было высчитать расходы.

Лифт долго был занят, Александр Николаевич облокотился на перила. Наконец кабина пришла. Рыбаков-старший поехал вниз, держа перед собой мусор, чтоб не испачкаться — в пакете громоздились плавники и чешуя, на ужин ждали гостей и решили сделать рыбный стол. На первом этаже двери открылись, и Александр Николаевич сделал шаг на площадку. Бац!

От удара очки улетели в угол лифта. Неясная фигура попыталась рвануть вперед, но Рыбаков швырнул мешок прямо перед собой и попал. Склизкая рыбья кожа облепила куртку нападавшего, одетого более чем странно — во все черное. Видимо, он изображал из себя местечкового «ниндзю».

Противник опешил, Рыбаков врезал с левой. Без очков он почти ничего не видел, но нос разбил с первого удара. Тело в черном замахнулось, вступив в лифт. Александр Николаевич уловил движение и шагнул вбок. Нападавший влетел в кабину и оказался в углу, Рыбаков развернулся, и неожиданно получилось так, что собой перегородил выход. Увидев столь интересный расклад, он с гиканьем стал молотить по физиономии противника. Тот слабо тыкал его кулаками в грудь, но тут у Рыбакова было преимущество — куртка из кирзовой кожи могла выдержать нож. Тем более что нападавший был выше ростом и в узкой кабине лифта ему приходилось туго. Да и драться он, похоже, не умел.

Александр Николаевич изловчился и пнул противника в живот, — от удара «ниндзя» отлетел к двери и, воспользовавшись случаем, унесся из парадной.

— Мужик, а тебе что надо было? — заорал Рыбаков, любивший во всем точность и определенность.

Хлопнула дверь, возвестившая о позорном бегстве спарринг-партнера. Рыбаков подобрал очки, поднялся и вступил в квартиру.

— Дорогая, я сегодня рано, — чувство юмора в семье было традиционным.

— Боже, что с тобой?! Сейчас же в ванну! Я йод принесу!

Умывшись и надев новые очки, Рыбаков посмотрел на себя — особо ничего страшного не было, только сильно разбита левая скула.

Зазвонил телефон.

— Да? — Александр Николаевич снял трубку.

— Это был вам первый урок! — звонивший захлебывался от ярости. — Если Абрамович деньги не получит через три дня, всю семью вырежем! Вы поняли?! Сто тысяч долларов!!! — Трубку швырнули.

— Кто это? — Из комнаты вылетела Татьяна Сергеевна.

— От Абрамовича! — недоуменно сказал Рыбаков. — Оказывается, он нанял человека, который на меня напал...

— Звони в милицию и Денису!

Он мчался на такси к дому Абрамовича... Телефон у того, как обычно, не отвечал, днем Рыбаков побывал у родителей, позвонил Ксении и собрал «дежурный комплект поджигателя» — канистру с керосином, парочку двухсотграммовых пластиковых бутылочек, флакончик марганцовки, упаковку презервативов и резиновый шланг.