— Твоей маме оно нравилось. — Я вспоминаю, как она стоит в саду, развешивая постиранные простыни на веревки. Я вспоминаю, как она прикусила губу и произнесла: «Прости». — Я вспоминаю и вспоминаю.

— Челси? — на другом конце провода окликает меня мама.

И я понимаю по ее голосу, что она вот-вот готова заплакать. Я не готова услышать ее плач, просто не готова и все, поэтому передвигаюсь к окну и смотрю на открывающийся вид. Я смотрю на красивый сад, пытаясь понять, что чувствую на самом деле, о чем думаю. Но проблема заключается в том, что я ни о чем не думаю и ничего не замечаю перед собой. Я совершенно безучастно смотрю в окно, потрясенная смешавшимися воспоминаниями о нэн. Слезы даже еще не успели пролиться, хотя я чувствую их в горле и в уголках глаз.

— Ты можешь приехать? — шепчет мама совершенно опустошенно.

— Да, я выезжаю сию минуту, мама.

— Спасибо тебе. — Она вешает трубку.

— Челси?

Его голос звучит настолько отдаленно, бабушка умерла, вся моя жизнь здесь кажется какой-то нереальной.

— Челси? — Его голос звучит ближе, но я не оборачиваюсь к нему, по-прежнему смотря в окно.

Он так быстро разворачивает меня к себе на сто восемьдесят градусов, что у меня даже кружится голова. Я упираюсь взглядом в красивое лицо Торна с прямыми бровями, глаза, в которых видно раздражение. Мои колени само собой подгибаются, и его руки тут же подхватывают меня за талию. Он держит крепко. Я настолько размякла, что даже не могу сопротивляться. Все мое тело бьет дрожь, но слез нет. Слезы даже не успели появиться на глазах. Я чувствую себя такой опустошенной и онемевшей.

Не знаю почему, но особой любви к бабушке я не испытываю, не испытывала вот и все.

Торн даже не собирается спрашивает меня, что случилось. Не знаю, что ему ответить, если он спросит. Он всего лишь держит меня в своих объятиях, поглаживает по спине и нежно покачивает, успокаивая. А мне больше ничего и не нужно. Он олицетворяет собой все, что мне необходимо в данный момент, чтобы избавиться от ужасных воспоминаний.

И я лелею надежду, что он никогда не отпустит меня.

32.

Челси

Tорн везет меня в квартиру матери, ни разу не спросив, как это случилось, как только я сообщаю ему о смерти бабушки. Поначалу я нервничаю как он отреагирует на встречу с моей мамой, но любые мои опасения тут же развиваются.

Мать выглядит рассеянной и потерянной. Она очень вежливо разговаривает с Торном, и когда мы собираемся уходить, она просит меня остаться с ней на ночь. Я чувствую, что Торн не хочет оставлять меня с ней одну, но я не могу отказать матери. Особенно сегодня, когда вижу, что она сама не своя.

Торн остается с нами на ужин.

Он заказывает еду в одном из лучших ресторанов, но ни у мамы, ни у меня нет особого аппетита, чтобы оценить все эти блюда. После ужина Торн уходит, но приставляет к нашему дому пару своих охранников. Мне кажется это очень странным, учитывая район, с котором живет моя мать, но он настаивает, чтобы они находились рядом для моей же безопасности.

Стоя на балконе, я наблюдаю, как он садится в машину. Он поднимает голову вверх и машет мне рукой, я машу ему в ответ. Я понимаю, что люблю его, но сейчас в моем сердце пустота. Вернувшись в комнату, я вижу, как мама прикуривает уже сотую сигарету за день.

— Итак, ты влюблена, — говорит она, выпуская дым.

Ее невозможно обмануть, поэтому я молча киваю.