Шарло старался запомнить слова, смысл которых, однако, был не совсем для него ясен.

Вдруг он услышал:

— Эй, Шарло!

Мальчик не успел ещё сообразить, каким образом столь знакомый ему голос мог прозвучать в этом кафе, а уже дядя Жозеф дотронулся до его плеча.

— На ловца и зверь бежит! — пошутил он, пожимая руку племяннику. — Ведь ты любитель стишков, в которых достаётся дармоедам и тунеядцам.

Шарло промолчал, но по дороге домой признался:

— Я слушал, слушал, да так и не понял, о чём вы пели.

Бантар рассмеялся:

— А пожалуй, тебе уже пора разбираться в этих делах. Песенку сложил Виктор Гюго. В ней поэт рассказывает, как император Наполеон Третий вместе с банкирами и промышленниками грабит народ, за гроши покупает труд рабочих и крестьян, занимается спекуляциями, разоряя страну.

Шарло мысленно восстанавливал слова песни. Через минуту он вдруг весело воскликнул, поблёскивая глазами:

— А что, если забастовать и не работать, пока не прибавят плату?

Жозеф с удивлением взглянул на племянника и сказал:

— С этим теперь приходится повременить. Наполеон затевает войну с Пруссией… Ты же слыхал, что на прошлой неделе в Крезо расстреляли мирную демонстрацию забастовавших рабочих пушечного завода Шнейдера. Император разгромил рабочие объединения, которые уцелели после 1848 года. Собираться нам не позволяют, объединяться в союзы не дают. Запрещают устраивать стачки. Нет у нас своих газет. А буржуазные писаки сеют вражду между крестьянами и рабочими, стараются убедить, что у них разные интересы. Вот почему нам ещё трудно вступить в открытую борьбу с угнетателями. Но погоди, Шарло, всё обойдётся! Уже недолго ждать!

…Теперь, когда рабочие свергли императора и взяли власть в свои руки, смысл сказанных тогда Жозефом слов стал для Кри-Кри особенно понятен, и мальчик мечтал с ружьём в руках защищать рабочую Коммуну.

Вспомнил Кри-Кри и день 3 сентября. Это было в самый разгар войны.

Бантар долго не возвращался в тот день с работы. Уже совсем стемнело, когда он, взволнованный, вошёл в комнату. Не обменявшись с племянником ни приветствием, ни весёлой шуткой, как это обычно бывало, он сказал:

— Шарло, ты уже взрослый парень, и на тебя, кажется мне, можно положиться. Сходи-ка на Бельвильскую улицу. Во дворе, где школа, живёт учительница Мадлен Рок. Разыщи её и скажи, чтобы она шла сюда как можно скорее. Да смотри ни с кем не болтай по дороге и торопись!..

Через час Шарло и Мадлен застали в накуренной комнате Жозефа несколько человек. Среди них был и Варлен.

В это время младший Бантар, конечно, не думал, что Варлен скоро станет одним из первых людей Парижа. Но и тогда молодой переплётчик сразу привлёк к себе внимание мальчика.

Жозеф встретил Мадлен словами:

— Под Седаном произошла катастрофа. Наша армия разбита! Восемьдесят три тысячи человек — всё, что осталось от армии, — сдались в плен во главе с императором.

— Теперь все увидят, куда ведёт страну монархия! — подхватил Варлен. — Пора перейти от слов к делу. Император должен быть свергнут!

Всю ночь светился огонёк в небольшой, пропитанной табачным дымом комнатке Жозефа. Три члена Парижской секции Интернационала обсуждали план действий.

Город бурлил. Печальные вести с фронта поступали с самого начала войны. Перевес в силе был на стороне Пруссии.

Французский император и его министры были больше заняты борьбой с рабочим движением, чем подготовкой армии для борьбы против иностранного вторжения. В эпоху Второй империи во Франции не было всеобщей воинской повинности.