Священник зашел в больницу. Громов бросился к своей машине, достал из сумки маячок на магните. Упускать Гришу нельзя, он должен привести его в свою берлогу. Возле «Рафика» Олег поскользнулся и упал. Бывает. Поднимаясь, незаметно примагнитил «маячок» к днищу санитарной машины и, прихрамывая, вернулся к своей. Сидя за рулем, он наблюдал за происходящим. Минут через двадцать из подъезда вышел священник с большой коробкой в руках. С ним два санитара и тоже с коробками. Груз сложили в салон. Олег скользнул взглядом по фасаду больницы — из окон второго этажа за происходящим наблюдал пожилой мужчина в белом халате. Когда «Рафик» тронулся с места и санитары вернулись в здание, мужчина отошел от окна.

Громов поехал за санитарной машиной, выложив на сиденье приемник, любопытную игрушку, похожую на рацию с антенной и дисплеем, разбитым на клеточки. Маячок светился красной точкой на экране и передвигался от квадрата к квадрату, которые имели свои обозначения. К приемнику прилагалась карта всей области и города, где так же имелись свои квадраты. Маячок давал мощный сигнал и улавливался на расстоянии пяти километров. Санитарная машина выехала к восточным воротам города и свернула к горам. Шоссе к Сочи шло прямо. Здесь пролегала полоса оздоровительных учреждений, больниц, санаториев и пансионатов. Когда они остались позади, «Рафик» опять свернул и, пыхтя, пополз в гору. Подъем был крутой, дорога кошмарная. И тут Олег прекратил преследование, его попросту могли обнаружить, а это не входило в его планы.

Оставаясь на месте, он продолжал наблюдать за светящейся точкой. Наконец она остановилась. Квадрат Ф-62. Олег развернул карту. На этом месте значилась зеленая горная зона без каких-либо построек. В приборе была одна хитрость. Он определял расстояние до маячка и чем ближе ты к нему подходил, тем реже он мигал. Когда ты находил объект, маяк горел постоянно. «Рафик» ушел в гору на полтора километра. Туда не трудно дойти пешком. Подумав, Громов решил прогуляться. Дорога петляла, как змеиный след. Не так легок оказался подъем, но он его одолел и вышел к старым стенам крепости, точнее, монастыря, так как за стенами стояла пятиглавая церковь. Стены древние, да ворота новые. Заборчик не перепрыгнешь — метров пять высотой. В узкие проемы Громов мог видеть только пустой двор, перегороженный другой стеной с округлой аркой, и брусчатку, поросшую мхом. Он обошел монастырь и оказался с противоположной стороны древнего сооружения. Когда-то деревья подступали к стенам вплотную, но их вырубили, создав «санитарную зону», срезы пеньков выглядели довольно свежими. Олег огляделся, остановил свой выбор на подходящей сосне и начал на нее взбираться. Потребовалось немало усилий и ловкости, чтобы достичь нужной высоты. Перед глазами открылся задний двор монастыря, часовня, построенная из бревен, мастерские, дом, а главное — бородатые мотоциклисты. Олег пожалел, что не взял с собой фотоаппарат. Разленился на курорте. Фототехника — его оружие, а он разгуливает с пустыми руками.

К своей машине Олег вернулся через два с половиной часа. Берлога найдена. На карте монастырь не значился, дорога к нему вела кошмарная и, судя по всему, ремонтировалась силами «монахов», бородатых мужиков в белых плащах с красными крестами на спине. Он вспомнил картину в доме Угрюмова и понял — Алексей был в монастыре. Значит, Алексей знаком с Григорием. Что между ними общего? Общее одно — Угрюмов живет с бывшей женой Гришки, Наташей. Знал ли он об этом? А если их познакомила Наташа? С какой целью? Опять вопросы.