Я готова была отправиться к Вьорку и прямо спросить, могу ли я залепить ей оплеуху. Но взглянув направо, я увидела, что мужу тоже приходится несладко: Ойрид с самозабвенным видом что-то пел королю на ухо, а тот лишь обескураженно улыбался. Я сделала попытку привстать, но Вьорк замахал на меня рукой. Пришлось покорно опуститься на стул и слушать откровенные насмешки.

Я с трудом боролась с желанием дать отпор эльфийке. Наконец подали десерт.

Посидев еще чуть-чуть для приличия, я встала из-за стола. Кайнце отправилась отдыхать, Вьорк и еще несколько гномов с Ойридом и его свитой пошли в кабинет смотреть договор.

– А ты ее классно срезала! У, гадина какая! Сама она… горшок дырявый! – Стради был на удивление многословен.

– И как только ты сдержалась? Я бы точно ей нагрубил на твоем месте. Вот что значит настоящая королева! – Гвальд чуть не хлопнул меня по плечу, но вовремя сдержался.

Как потом выяснилось, я не зря старалась. Уже совсем поздно, после седьмого колокола, муж попросил меня прийти к нему – если я еще не сплю. Я не спала. И сразу побежала к королю, надеясь, что он разрешит мне самолично дать мерзкой эльфийке пощечину.

– Ну, ты выдержала испытание! – Вьорк встретил меня в приемной. Тиро отступил на шаг, но король махнул ему рукой: – Пойдем-пойдем, расскажешь, как мою жену сегодня мучили.

– Вьорк! – выдохнул Тиро. – Это просто издевательство! Можно, я ее за косы?

Я засмеялась. Да, попадись она нам…

Тиро подробно рассказал Вьорку, что творилось за ужином. Тот хмурился все больше и больше.

– Вот, значит, как. Ясно. И все из-за какого-то дурацкого договора…

– Так я же хотела подойти к тебе и пожаловаться!

– Ага, а в этот момент этот ясноглазый шептал мне о том, как его племяннице одиноко, все ее бросают, никто ее не привечает – и все из-за того, что она обожает общаться с людьми. А те ее не принимают, считают, что это какой-то подвох, дружбы ни с кем не получается, ну и так далее. И знаешь, кстати, что он еще ввернул? Что твоя прабабка была сумасшедшей и постоянно устраивала всякие выходки – особенно на людях. То пощечину кому-нибудь влепит, то нагрубит, то еще чего-нибудь…

Ах, значит, сумасшедшая! Но только я набрала полную грудь воздуха…

– Подожди-подожди. – Вьорк не дал мне оправдать прабабушку. – Эти тонконогие и не подозревают, что кое-кто из гномов неплохо владеет эльфийским. Знаешь, что услышал Даларх? Как один эльф из свиты Ойрида говорил другому, что Кайнце взяли в поездку в последний момент. И как ты думаешь, для чего? Чтобы портить тебе настроение!

Король расхохотался. Мы с некоторым недоумением уставились на него.

– Видишь ли, от настроения королев очень многое зависит. Но не задирай нос: не всегда! – Вьорк лукаво улыбнулся. – Хотя сейчас именно такой случай. Им надо было тебя позлить: ведь на самом деле Ойрид вовсе не хочет заключать с нами договор, он здесь по воле своего брата. Вот он и взял с собой эту пакостную девчонку – вдруг ты не сдержишься, ляпнешь что-нибудь. Тогда посольство с гордым видом удалится, и вот вам повод для новых бесконечных обвинений в том, что мы сами-де не желаем с ними дружить.

– Ты думаешь, они рассчитывали… – У меня, честно говоря, в голове не укладывалось, что вся эта комедия разыгрывалась ради меня.