– Неужели ты уверена, что твоя строптивость – государственная тайна? – Муж хохотнул. – Наковальня Крондорна! Даже я об этом знал еще до того, как тебя замуж взял!

Я покраснела.

– Вьорк, но откуда?..

Король лукаво усмехнулся:

– Не только эльфы умеют добывать сведения о соседних государствах. Я, скажу тебе, был уже немолод, когда твоя прабабка куролесила на пирах. Более того, однажды и мне досталось.

– Но она же…

– Да знаю я, не была она сумасшедшей. Только… хм-м… несколько несдержанной. Прямо как ты иногда, – расхохотался король.

Я расхохоталась и чуть не кинулась на него с кулаками. Тиро, по-моему, готов был меня поддержать.

15 адлари

Два прошедших дня – это сущий кошмар. Даже вспоминать не хочется. Теперь выдержки мне ни у кого занимать не придется.

Кайнце «беседовала» со мной так же мило, как и позавчера. Рядом всегда были Щиты, так что она не могла ни с того ни с сего заявить, что я ее чем-то оскорбила. Мне даже пришло в голову, что неплохо бы все же в свою очередь сказать ей какую-нибудь гадость. Но я вовремя вспомнила, что эльфы спокойно относятся к магии, а ведь даже у Вьорка есть волшебная горошинка. Вдруг и у нее такая же? Я ей брякну, по выражению Вьорка, что-нибудь, Щиты, конечно, подтвердят, что я ничего не говорила, а она вытаскивает свою горошинку – и вот вам пожалуйста! Все слышали, какая королева у вас нехорошая?

Поразмыслив, я пришла к выводу, что это уж вряд ли. В смысле вряд ли у нее горошинка. Насколько я знаю, на всяких таких встречах маги следят, чтобы все было по-честному, без волшебства. Но, с одной стороны, мы встречались уже не у Вьорка, а на моей половине или в Саду, а с другой – я все равно решила сдерживаться. Как тот посол в Вар-Рахибе.

Вчера с утра Кайнце заявила, что у нее есть послание к дочери Сориделя, Сиэнре, но сама она к нему в дом идти не хочет и с Сиэнре знакомиться тоже не желает. Надеясь этим походя кольнуть и меня, она, конечно же, добавила какую-то гадость про смешанные браки, но я уже забыла, что именно. Обрадовавшись, что можно будет избавиться от ее несносного общества, я предложила отнести письмо, мне, дескать, не сложно. Кайнце некоторое время ломалась, потом прозрачно намекала, что для этого в нормальных королевских домах есть слуги, потом удивлялась, как королева может ходить в гости к простому магу. Я ответила, что не вижу ничего плохого в том, чтобы запросто навещать своих приятелей, к тому же маг не простой, а придворный. Для пущего эффекта я с абсолютно невинным видом изрекла:

– А помните, лет триста назад принцесса Велса, ваша тетушка, очень дружила с одним магом, причем из людей?

Кайнце даже покраснела! Иногда знание истории очень помогает: маг был любовником Велсы, об этом чуть ли не в учебниках написано.

И тут я вспомнила, что Сиэнре нет в Хорверке! Но вовремя прикусила язык: вдруг Кайнце решит не отдавать мне письмо? С нее станется. А так хочется под благовидным предлогом отдохнуть от нее хотя бы несколько часов!

Жаль все же, что Сиэнре нет. И Втайла, и Щиты рассказывали про нее много забавных историй – как она приручала грибы, как сотворила маленький фонтан на голове Одного уж очень плаксивого десятилетнего гнома, как в одиночку пыталась переплыть Кипящее озеро… Вот, наверное, с кем не соскучишься!

Словом, вчера я наконец снова ощутила себя почти прежней Фионой. Можно было спокойно смеяться и шутить, не ожидая в ответ услышать грубость. Щиты тоже перевели дух – они намаялись молчать, как рыбы, за моей спиной и бессильно сжимать кулаки в ответ на очередную милую колкость нашей гостьи.

В доме мага нас ждал самый радушный прием. Соридель обрадовался нам как старым друзьям. Я боялась снова увидеть его в постели, но он уже ходил, правда пока только по дому.