— Унесите его с дамбы, — приказал Велисарий. Он повернулся и показал на баржи, стоящие на якоре в центре Евфрата примерно в миле на север. — Доставьте его на одну из барж первой помощи.

Маврикий потер лицо.

— Это будет нелегко. Он все еще в сознании, веришь или нет. — Маврикий рассмеялся — наполовину удивленно, наполовину с восхищением. — Даже до сих пор хочет сражаться! Когда я уходил с дамбы, он кричал на врача, требуя перевязать культю и отрезать бесполезную ступню, чтобы он мог сесть на лошадь.

Валентин с Анастасией рассмеялись. Велисарий сам не мог не улыбнуться.

— Дай ему по башке, Маврикий, если потребуется. Но я хочу, чтобы вы унесли его оттуда.

Он снова показал на баржи.

— На этих баржах можно получить более квалифицированную медицинскую помощь. И на одной из них находится его жена. Не знаю, на какой, но выясню. Вероятно, она поможет больше других, сделает все от нее зависящее, чтобы его вытянуть.

Глаза Маврикия округлились.

— Его жена? Судаба здесь? Что эта молодая девушка делает на поле сражения? Это самая сумасшедшая…

Он замолчал, вспоминая. Собственная жена Велисария Антонина тоже имела привычку сопровождать мужа во время кампаний. До самого поля сражения.

Велисарий крепко сжал плечо Маврикия.

— Я хочу, чтобы он выжил, Маврикий. Вынесите его оттуда. Сейчас. Поставь Кирилла во главе…

— Уже поставил, — проворчал Маврикий. Велисарий кивнул и сделал глубокий вдох.

— Хорошо. Что еще?

Хилиарх нахмурился. Странно, но это выражение лица развеселило Велисария. Хмурящийся недовольный Маврикий означал проблему. Но проблема — это не то же самое, что плохая новость.

— Они собираются изменить тактику, — объявил Маврикий. — Даже малва не станут так бросаться войсками слишком долго.

— Могут, — спокойно возразил Велисарий. — Если они посчитают, что мы от этого быстро устанем.

Маврикий покачал головой.

— Но мы не устаем быстро, — сказал хилиарх. — Да, мы несем тяжелые потери, но на каждого нашего приходится четыре или пять вражеских солдат. При такой скорости они довольно скоро истощатся. — Он нахмурился еще сильнее. — И я уверен: они тоже это понимают. Я кое-что скажу тебе, полководец. Тот, кто ими командует, не дурак. Мы отразили фронтальные атаки, но потому, что мы занимаем более выгодные позиции и защищаемся. Сами атаки были организованы и направлялись очень правильно, так, как надо, учитывая жуткое дно реки, по которому им приходилось пробираться. Не было их обычной самоуверенной глупости, когда они считали, что могут взять любого врага только количеством. Каждую атаку ведут йетайцы и кушаны, за ними следует регулярная армия малва, причем делает то, что нужно, так, как нужно.

От Эйда тут же пришел ментальный импульс: «Линк. Здесь сам Линк». «Я знаю», — мысленно ответил Велисарий. Маврикий снова качал головой.

— Они попробовали одну тактику, чтобы посмотреть, сработает ли она. Фронтальные атаки. Давили сильно. Но теперь, после того как мы доказали, что они не могут просто смести нас, они попробуют атаку по флангам. Я уверен в этом.

Велисарий почесал подбородок и кивнул.

— Я не спорю, Маврикий. На самом деле я согласен с тобой. — Он посмотрел на реку. Вверх по течению от дамбы, туда, где река отклонялась в более узкий канал Нехар Малку, Евфрат все еще составлял около мили в ширину. Велисарий глядел на персидский лагерь, где на протяжении дневной битвы сидела армия Ормузда.

— Там какое-нибудь движение наблюдается? — спросил он.