Зорькин на это только хмыкнул и пожал плечами, что означало, мол, все это пока лишь предположения. Причем, безосновательные. Раз нет следов. Как можно с точностью определить, один был убийца, или несколько.

А Стас сидел возле стола, рассматривал оставшуюся закуску. Что было недоедено, кто-то постарался свалить в одну большую тарелку, от которой теперь исходил неприятный запах. Даже в открытое окно и балконную дверь не вытягивало эту вонь.

Все указывало на какое-то торжество. Розы в вазе. Закусон такой, что закачаешься. Вот только никто из сослуживцев Помиранцева не мог с точностью сказать, по какому поводу застолье. Даже секретарша Вера только разводила руками, хотя в ее служебном блокноте, по личному распоряжению Помиранцева, были заранее расписаны все юбилеи и торжества.

– Бьюсь об заклад, в квартире у убитого была женщина, – сказал криминалист Тутмин и, встретившись взглядом со Стасом, кивнул на вазу с цветами.

– Даже, может не одна, – пошутил по этому поводу Стас.

А Тутмин заметил обидевшись:

– Неужели ты думаешь, покойный стал бы покупать такой дорогой букет для мужиков? Если, конечно, он не педик.

– А почему бы и нет, – посчитал необходимым высказать свое мнение капитан Зорькин. – Мужчина он одинокий. И соседи никогда не видели, чтобы к нему заходили женщины.

– Ну не знаю, – немного раздраженно произнес Тутмин. – Странно, однако, другое. Хорошая закуска. А под хорошую закуску…

– Не хватает выпивки, – опередил Стас криминалиста.

– Точно, – согласился Тутмин. Ему это сразу показалось странным. И еще, на столе не было ни тарелок, ни вилок и вообще ничего такого, чтобы указывало на наличие гостей. Как будто хозяин квартиры собрал все это изобилие закусок лично для себя. Один стул. Одна тарелка, вилка и нож. И все. Так вот со стороны могло показаться, что таким застольем он хотел отметить свой преждевременный уход из жизни. И если бы не наличие на теле синяков и побоев…. Но даже не специалист криминалистики легко мог опровергнуть это. Помиранцева убили. И смерть его была ужасной и мучительной.

Лейтенант Лугин вместе с капитаном Зорькиным опрашивали жильцов подъезда. Зорькин со своей работой справился быстрей, а Лугин вернулся только сейчас. И судя по его лицу, похвалиться лейтенанту было нечем.

– Чем порадуешь, Саша? – спросил Стас, заранее убежденный, что с этим у лейтенанта пролет.

– Никто, ничего не видел и не слышал, – сказал Лугин, наблюдая за действиями криминалиста Тутмина и двух молодых его помощников.

Видно лейтенанту не терпелось присоединиться к ним. И уже через минуту из небольшой полутемной комнаты послышался его голос:

– Идите сюда.

Когда Стас, Тутмин, Зорькин с участковым инспектором вошли, комод уже был, отодвинут от стенки. И все увидели, что он закрывал вмонтированный небольшой сейф, дверца которого была не заперта.

Стас аккуратно двумя пальцами взялся за ее уголок и открыл.

Сейф оказался пустым.

– Скорее всего, из-за его содержимого и пострадал хозяин квартиры, – сказал Тутмин, проверив отпечатки. Но их на дверце не оказалось, как и во всей квартире.

Больше всего на свете Стас Кручинин не любил тупое однообразие, которого в его жизни было предостаточно. Вечером, ужин. Потом одиночество в постели. Утром, завтрак и работа. И так изо дня в день. Приходилось с этим мириться, подчиняться тому порядку, который диктовала жизнь. А на что еще можно рассчитывать холостяку?

Звонок новой знакомой девушки Наташи обрадовал его.

– Это я, – сказала девушка и, заметив в его голосе немалое удивление, тут же напомнила: – Меня зовут – Наташа. Вы чуть не задавили моего котенка.