– Сегодня я даю тебе выходной, – Наверное, он хотел казаться великодушным, но особой радости на лице водителя не заметил. Скорее – непонимание.

Водитель смотрел на машину, соображая, как с ней быть? Но возвращаться на предприятие ему не пришлось.

– Машину оставь. Сегодня я сам себя покатаю. А ты – свободен. До метро доберешься на такси, – сказал Зотов уже не заботясь, как отреагирует водитель на его слова. Он всего лишь шофер, и обязан подчиняться. Но водитель и не помышлял возмутиться.

Спустя два с половиной часа, Сергей Николаевич Зотов приехал на загородное кладбище, на северо-восточной окраине Москвы, в сопровождении крытой Газели. С собой в машине он привез двух бомжей.

Ему повезло, не пришлось мелькать у вокзалов. Проезжая по улице Казакова, заметил двух бородатых доходяг, сидящих на лавочке с понурыми лицами. Сегодня им не улыбнулось счастье. И всего несколько рублей не хватало на поллитровку. Тут было, отчего горевать. У прохожих просить бесполезно. И они обозлились на всех.

Только сейчас заметив сидящего в иномарке человека, наблюдавшего за ними, обозлились еще больше. Потом один не выдержал:

– Тебе чего надо, господин? Хочешь жопу покажу за сто рублей?

Зотов рассмеялся. Веселые мужики. Они ему подходили.

– Жопа мне твоя не нужна. А если хотите калымнуть, садитесь в машину.

Оба переглянулись, не веря своему счастью. Вот привалило.

– По две тысячи на брата даю, – сказал Зотов и для верности показал в руке деньги, отчего у бродяг загорелись глаза.

– Мы согласны, – закричали бородачи и наперегонки побежали к машине. Не передумал бы этот милый человек.

Когда они садились в машину, Зотова стошнило.

– Ну и прет от вас, мужички, – он поспешил открыть боковое окно.

– А вот ты заплатишь, мы в баньку и сходим. Яйца попарим, – сказал один бородач, подмигнув приятелю, который предпочитал больше отмалчиваться. И как заметил Зотов, ко всему происходящему он относился с опаской. Об этом говорили его глаза. Взгляд метался по роскошной иномарке. И соображал он видно неплохо, мучаясь вопросом, куда их везут, и в чем будет состоять калым?

Но Зотов успокоил.

– Тут недалеко. Делов вам на час, не больше.

Когда приехали на кладбище, Сергей Николаевич заставил их разгрузить из Газели оцинкованный цветник.

– Я же вам говорил. Сейчас установите цветник на могиле и свободны. Дело-то пустяковое.

Он нарочно не стал нанимать для разгрузки и установки цветника кладбищенских рабочих, хотя трое мужланов с опухшими от постоянной пьянки рожами готовы были оказать свои услуги. Дав им на бутылку водки, Зотов отослал их в магазин, чтоб не мешались под ногами и поменьше зыркали.

Рабочие были несказанно рады опохмелки, и на радостях даже оставили бомжам свою тележку, без которой тем не обойтись. На руках тащить цветник по кладбищу, удовольствие плохое. Да и не осилить это двум полуголодным доходягам.

– Как он органично вписывается в окружающий ландшафт, – кивнул Зотов на только что установленный цветник, когда он занял свое место.

Бомжи не поняли, к чему это сказано, переглянулись. Могилка, где покоилась женщина и так была неплохо ухожена.

– Чего? – спросил один из них. Но Зотов только рукой махнул, посчитав ненужными дальнейшие объяснения на этот счет. Все равно не поймут, не оценят. У них другой менталитет.

– Ладно, мужики, идите, покурите. Понадобитесь, позову.

Оба бомжа отошли, сделав вид, будто им совсем не интересно то, что делает Зотов. Но сам Сергей Николаевич заметил их пристальное внимание, особенно когда укладывал упакованные в целлофан пачки долларов в сделанную в цветнике нишу. Она стала его тайником, знать про который не должен был никто, кроме него.