– Ты, это о чем, Стас? – не выдержал Тутмин. Двое его молодых помощников, из новичков, пытались отыскать отпечатки пальцев на полированной поверхности мебели. Тутмин не препятствовал, хотя и знал, результат окажется отрицательным. Уж слишком четко сработали преступники. Следов от обуви не оставили. И вряд ли можно рассчитывать, что повезет с отпечатками.

– Стол. На нем отсутствует водка. Легкие напитки, и соответственно – закуска.

– И опять – цветы, – на этот раз Лугин сказал то, что надо было. И Кручинин одобрительно кивнул головой.

Зорькин изобразил на лице недоумение, после чего вмешался:

– Ну и что тут такого? Ничего особенного нет. Может, человек собирался поужинать.

– И выпить шампанского и сухого вина, – с иронией дополнил Стас. – Конфеты, фрукты на ужин? Он что, сидел на такой странной диете? Судя по его упитанности, этого не скажешь. – Кручинин помолчал, глянув при этом на Тутмина, потом сказал: – А что если у него в гостях была женщина.

Зорькин не выдержал.

– Опять женщина. Роковая женщина, которая приходит и убивает.

– Ты напрасно иронизируешь по этому поводу, – строго заметил Стас.

– Тогда скажи, почему ты так решил? – не сдавался Зорькин, проклиная в душе Котова. Ведь говорил ему еще после Помиранцева, чтобы ничего на столе не оставляли. Цветы, выпивка, закуска – все надо было отправить в мусоропровод.

– Да потому, что у всех ранее убитых были накрыты похожие столы. За исключением небольшой разницы. Предпочтение – фруктам, конфетам. Шампанское и легкие вина, которые в основном предпочитают дамы.

– И опять же цветы, – вставил Лугин.

– И цветы, – несколько задумчиво повторил за ним Стас.

– По-моему Кручинин прав. И такую версию отвергать нельзя. Возможно, что здесь действительно была баба, – высказался криминалист Тутмин. – И, не исключено, та самая, которая побывала у Помиранцева. Говорю вам, тут работает группа. А баба у них – подстава. Такое не исключение.

– Значит, теперь будем искать бабу, – с ехидством сказал Зорькин. Но Стаса это ничуть не смутило, и он сказал спокойно:

– Будем, Коля. Надо искать рыжеволосую корреспондентку. Возможно, она и есть то недостающее звено между смертью Помиранцева и смертью Зотова. Я уверен, она многое могла бы нам поведать. – Он пристально посмотрел в глаза Зорькину, не оставляя тому шансов на возражения, потом продолжил: – Значит так. Завтра с утра поезжай к Зотову на работу, побеседуй с людьми. И в первую очередь с секретаршей. А потом приедешь и доложишь как и что там.

– Ладно, – с не слишком большой охотой согласился Зорькин, а сам подумал: «Уж не заподозрил ли чего Кручинин? И зачем я, дурак, сцепился с ним? Надо было гибкость проявить. А я попер, как бык. Ну, а Кота надо предупредить».

– Ну, а ты, Саша, – сказал Стас лейтенанту Лугину, – вернешься сюда и еще раз пройдешь по подъезду. Я вижу, вы не всех опросили.

– Это, конечно, можно. Только, чего зря бумагу переводить. С кем не поговоришь, отвечают одно и тоже – не видел, не знаю, – попытался молодой лейтенант возмутиться, но Кручинин сразу дал понять, кто тут командует парадом.

– Саша, завтра придешь сюда и обойдешь всех, кого вы с Зорькиным не обошли сегодня.

Порой капитан Кручинин бесил Зорькина своей бульдожьей хваткой. Уж если во что вцепится, будь спокоен, не отпустит, пока своего не добьется. И теперь капитана Зорькина терзали подозрения, уж ни в него ли хочет вцепиться старший опер.