Наташа не стала терять с ним время. Напомнив о том, что завтра деньги должны быть приготовлены, она поехала на Белорусский вокзал и взяла билет до Минска.

В Минске у нее жила подруга. Вместе учились в школе. Потом родители уехали и увезли ее с собой из Твери. Но Наташа помнила ее адрес. Неделя, от силы две, больше Наташа не обременит ее. Там будет видно, куда поедет она потом. Но сначала надо, как говорил Стас, побыстрее уехать из Москвы, от Кирилла.

Хорошо, что с покупкой билета не возникло проблем. Не пришлось тратить время и нервы. Сторублевка сверху, и билет у нее в кармане. А Кирилл пусть остается тут. Его Наташа не жалела. О Стасе старалась не думать. Что теперь делать? С ним уже вряд ли они когда-нибудь увидятся. Но она будет помнить о нем всегда, до последнего часа. И, может быть, он будет помнить о ней. Ведь она так старалась, чтобы ему всегда было с ней хорошо. Разве он забудет такие минуты? И о том, что где-то там далеко-далеко у него есть ребенок, которого Наташа обязательно родит. Теперь она была готова проклинать любого, кто придумал, что настоящая любовь обречена на несчастье. Обидно и жалко, что в жизни действительно получается так.

Дверь в квартиру, которую Котов снимал под жилье, она отперла своим ключом и вошла тихо. Свет в прихожей не включила. Прислушалась к разговору, доносившемуся из кухни.

В комнате работал телевизор, но, похоже, его никто не смотрел. Кирилл и Толян боксер сидели в кухне. По-видимому, они не ожидали, что у нее с собой ключ, поэтому говорили довольно громко, не опасаясь быть услышанными Наташей. Несколько раз они называли, фамилию Кручинин и его милицейское звание – капитан.

«Это ведь они говорят про Стаса», – догадалась Наташа, стараясь не пропустить мимо ушей ни единого слова слетевшего с языка Кирилла. Потому что в основном говорил он, а Толян только соглашался с ним. И из того, что говорил Котов, она поняла, что они собираются убить Стаса, когда тот завтра приедет в Никольское на кладбище. И теперь они с Толяном обговаривали детали как это лучше сделать. Зачем Стасу понадобилось ехать на это кладбище, Наташа не знала. Но дослушивать до конца разговор не стала.

С замирающим сердцем она выскользнула на лестничную площадку, прикрыла тихонечко дверь, заперев обратно на ключ, и помчалась вниз.

Нужно было немедленно предупредить Стаса. Сказать, чтобы он не ездил в это проклятое Никольское, где его ожидает смерть. Ни о чем другом она сейчас и думать не могла. Только спасти, уберечь его.

Добежав до первого попавшегося телефона-автомата, сперва постаралась отдышаться, казалось сердце вот-вот выскочит из груди. Так она простояла не больше минуты. Набрала домашний номер Стаса и, вслушиваясь в длинные гудки, проклинала все на свете, мысленно подгоняя его, чтобы подошел и снял трубку. Несколько раз номер почему-то срывался, и тогда она набирала опять. И опять в ответ слышались заунывные длинные гудки, режущие слух.

– Стас, пожалуйста, подойди. Ну, где же ты? – от обиды она заплакала. Бывает же такая невезуха, когда все получается наперекосяк. Ну и пусть. Только Наташа не выйдет из этой будки, пока не дозвонится.

Прошло не мене двадцати минут, а Кручинин так и не снял трубку. И сотовый его, как назло молчал.

– Да ведь он уехал… Ну, как же я сразу-то не вспомнила? – упрекнула Наташа себя за забывчивость. Только теперь вспомнила, что сегодня вечером Стас собирался поехать к сестре на новоселье. Даже подготовился к такому событию заранее, купил очень дорогой столовый сервиз. И теперь он, скорее всего, сидит за столом и произносит тосты, чтобы в новой квартире у сестры всегда было счастье и не знает, что самого его ждет беда.