«Он меня обставил. Меня и Котова», – подумал капитан и решил спросить у Кручинина о том, что так не давало ему все это время покоя.

– Скажи, как ты догадался?

Заметил, Стас не держал на него обиды, а потому можно рассчитывать на откровенность. Он – победитель, и может позволить себе быть великодушным. Даже достал сигарету, прикурил и вложил ее в рот Зорькину. Потом сказал:

– Лугин. Он навел меня на эту мысль. Он сказал, что вместе с Голиковым видел у тебя на столе данные на бизнесмена Соловьева. Ты их расписал уж слишком подробно. Как ты помнишь, Голиков сумел установить, что бизнесмена убили. Но найти убийц, Володька не успел. Погиб. Уверен, в его смерти повинен ты, Зорькин. И теперь тебе придется все рассказать начистоту. Лучше не отказываться.

Зорькин съежился как от удара.

– Я понимаю, ситуация теперь не в мою пользу, – сказал он. Не раз мысленно перебирал, смогут ли когда-нибудь коллеги доказать его причастность к убийству Голикова. Теперь уж точно смогут. Котов наверняка будет все валить на него. Жаль, что не получилось его уложить тут. Но уж видно ничего не поделаешь.

– Можешь мне не верить, но я Голикова не убивал! – Поспешил ответить Зорькин в свое оправдание.

Но Стас на это недоверчиво покачал головой. Он предполагал, как все было, и какое участие в этом сыграл Зорькин.

– Ты может и не убивал. Вряд ли бы у тебя хватило духу. Но ты все устроил, чтобы этот гад пришел и застрелил Голикова, – кивнул он на Котова, которому оказывали первую медицинскую помощь. – Причем, убить Голикова ты придумал не где-то, а прямо в управлении. Вроде он решил покончить с жизнью. Вам надо было отвести подозрения?

Зорькин оскалился в нехорошей улыбке и кивнул.

– Молодец ты. Правильно мыслишь.

– А чего тут мыслить. Все очевидно. Но к твоему несчастью, Котов проболтался Наташе, как все там было. Он только не назвал твою фамилию. Она рассказала, мне.

– Значит, ты подозревал меня? – остервенело, произнес Зорькин и выплюнул недокуренную сигарету.

– Ну, можно сказать, да. Я решил проверить тебя. Удостовериться, что не ошибаюсь. Когда ты вернулся из офиса Зотова, на другой день я поехал туда и из разговора с секретаршей понял, ты многое в ее объяснении написал не так, как она тебе говорила. Графическая экспертиза установила, что и подпись на том объяснении ни ее. Сначала ты дал ей расписаться в одном объяснении. Потом, переписал его, а подпись подделал. Небось, свел через стекло? Хотя теперь это уже не важно.

Зорькин обречено кивнул головой.

– Один бог знает, как я не хотел, чтобы ты вышел на эту сучку. Котову надо было ее прикончить, – он обернулся, хотел глянуть на Наташу, но увидел майора Алексеева с лейтенантом Лугиным. Оказалось они стояли за спиной и все слышали.

– Мразь ты, Зорькин! – осуждающе бросил майор и отвернулся, так сделалось противно, велел спецназовцам увести задержанного в машину.

Стас подошел к черной с затонированными стеклами «Волге», на заднем сиденье которой сидела Наташа. Страха перед неизбежным в ее глазах он не заметил. Скорее, обреченность. Она грустно наблюдала за тем, как парни в камуфляже заталкивали Зорькина и Толяна боксера в автозак. Наверное, и ей бы там нашлось место, если бы не Стас. Он упросил майора Алексеева везти девушку в этой машине, и сам взялся сопровождать ее до управления.

Стас сел рядом с ней и велел водителю ехать, но слишком не торопиться. Когда они уже выехали на шоссе, Стас взял Наташу за руку, потрогал, не слишком ли туго надеты наручники. Можно было обойтись без них.