Демьян, пошатываясь, поднялся и, низко поклонившись, попятился к выходу.

Когда за ним закрылась дверь, Ефросинья спросила: — Что будешь делать, если сила повара не в травах и кореньях? Не жалко Демьяна?

— Он стал бесполезен. Если дело не в травах, то этот повар нам очень пригодится. Я даже закрою глаза на возможную победу Ярослава. хотя этого, скорее всего, не произойдет.

— А вдруг? — старушка тонко улыбнулась.

— Если это так, то повар будет работать на нас или умрет.

* * *

Алексей

Первой реакцией была волна обжигающей ярости. Меня обокрали! Лишили моих инструментов!

Но я тут же задавил эту эмоцию. Ярость — плохой советчик в такой ситуации.

Чуть успокоившись, заставил свой мозг анализировать. Пока мы с Бориславом были на тренировке, кто-то вскрыл замок, залез и спер мой мешок.

Кто это мог быть? Прохор? Маловероятно. Он слишком туп и прямолинеен для такой тонкой диверсии. К тому же, он бы никогда не отважился лезть на малую кухню. Прохор для такого слишком труслив.

Я еще раз осмотрел комнату и кухню.

Так, дверь вскрыли, мешок взяли, больше ничего не брали и исчезли. Кто бы это мог быть? Кому нужен мой мешок с травами и кореньями, о котором почти никто не знал кроме меня, да Борислава?

То есть получается, что некто залез в комнату и целенаправленно искал что-то, что можно против меня использовать…

Очень похоже на лекаря. Конечно, сам он не лазил сюда, наверняка, послал кого-нибудь из подручных.

В моей голове мгновенно сложилась вся картина его замысла. Скорее всего он не просто хочет лишить меня возможности готовить. О, нет. Его план гораздо коварнее. Он украл мешок, чтобы показать князю Святозару. Чтобы прийти, бросить на стол эти странные коренья и заявить: «Вот! Вот доказательство его колдовства! Вот чем он травит вашего сына!».

Он хочет использовать мои же инструменты против меня.

«Хорошо, Демьян, — подумал я, и на моих губах появилась злая усмешка. — Ты хочешь увидеть колдовство? Ты его получишь. Только оно будет не таким, как ты ожидаешь».

Я не стал терять ни минуты. Позвал Борислава, рассказал о произошедшем и попросил его немедленно проводить меня к управляющему.

Лицо Борислава, когда он узнал о краже, стало таким злым, что мне аж боязно стало. Никогда не видел его в таком состоянии.

Он молча обошел комнаты, спросил где лежал мешок, скрипнул зубами и махнул рукой, приглашая следовать за ним. В очередной раз поражаюсь его выдержке. Видно было как воин кипит от злости, но за все время дороги он не проронил ни слова. Только аурой своей всех распугивал так, что народ шарахался в разные стороны.

Степан Игнатьевич принял меня сразу же. Он сидел за своим столом, разбирая какие-то бумаги.

— Что случилось, повар? — спросил он, не поднимая головы. — У тебя вид, будто твои котелки сбежали.

— Хуже, господин управляющий, — ответил я спокойно. — Сегодня из моего тайника были похищены ключевые ингредиенты, необходимые для финальной подготовки княжича.

Он тут же отложил бумаги и вперил в меня свой острый, пронзительный взгляд: — Кому могли понадобиться твои травы и коренья? Их в лесу полно. По моему приказу Борислав спрашивал о некоторых из них у местной знахарки.

Я вытаращился на него, понимая, что этот хитрый лис успел уже проверить все, что у меня было.

— Ты думал, я не проверю это? — Степан Игнатьевич выгнул бровь. — Нет, Алексей. Я не тот человек, который пускает ситуацию на самотек. Так кому и зачем могли понадобиться твои травки? Во всей этой ситуации меня беспокоит не их пропажа, а наглое вторжение в мои дела. Хочешь что-то добавить?

— Я полагаю, это сделано не с целью простого саботажа. Вы правильно сказали, я просто снова могу сходить за ними в лес и все, — продолжил излагать я, отбросив пока удивление и стоически выдерживая его взгляд.