— Хорошо.

— Где вы сейчас находитесь?

— Я звоню вам из моей машины. Сейчас выезжаю на Беверли по пути в Голливуд. Я бы могла к вам заехать, если хотите. Вы живете в номере 212, если не ошибаюсь?

— Не ошибаетесь. О'кей, это было бы самым удобным… — Тут я решил уточнить еще одну вещь. — Каким-то образом уже десятку, а может быть и больше Мишелей стало известно, что я проживаю в «Спартанце». Как вам удалось узнать это?

— Мне сказала об этом ваша секретарша. Когда я ей позвонила.

— Хейзл? Вообще-то, она не моя… Ну да ладно. Так вы разговаривали с ней?

— Угу. Как раз перед тем как позвонить вам. Она назвала ваш номер комнаты в гостинице и посоветовала позвонить вам.

Моя смышленая детка учуяла, что это не очередная вертихвостка.

— И что вы ей рассказали?

— То же, что и вам, мистер Скотт. Назвала девичью фамилию матери, а через минуту снова забыла ее. Ну разве это не странно? У вас такая приятная помощница.

— Да, я знаю…

Пока что все совпадало как нельзя лучше. И все-таки мне нужно было спросить мисс Уоллес еще о чем-то. О чем-то важном. Пока я раздумывал, она сказала:

— Теперь я понимаю, что она имела в виду. Посоветовав позвонить вам, Хейзл добавила, чтобы я не обращала внимания на то, если вы ответите мне, как Дракула, которого разбудили в полдень. Просто передать вам то, что я ей рассказала.

— Так и сказала? Славная девочка. Придется надавать ей по попке.

— Тогда я не поняла, что она имела в виду. Это прозвучало так… таинственно.

— Теперь, надеюсь, тайна развеялась?

— О, да! Конечно! Кстати, она просила передать вам кое-что еще.

— Я весь внимание.

— Я даже где-то записала ее послание к вам. Сейчас поищу. По-моему, это какой-то шифр. Во всяком случае, я ничего не поняла. — Последовала долгая пауза. — Вот незадача! И куда я ее подевала? Пока я ее найду, мне вполне могли бы выписать квитанцию на штраф за остановку в неположенном месте.

Последняя реплика меня озадачила. Пока она искала «шифровку» от Хейзл, я спросил:

— Так, говорите, могли бы выписать штраф? А что, обычно не выписывают? Я так просто не успеваю расплачиваться.

— Нет, что вы. Меня никогда не штрафуют. Просто остановят, попеняют, поулыбаются и отпускают, сказав, чтобы я так больше не делала.

— Поговорят, поулыбаются и что? Вы имеете в виду дорожную полицию?

— Ну, да. Кого же еще? Такие приятные ребята на больших мотоциклах.

Мой разум отказывался понимать, о чем она там щебечет. Этих «приятных ребят» медом не корми, дай только штрафануть кого-то. Поставь их перед альтернативой съездить бесплатно на Бермуды или выписать штраф — во всяком случае мне — и век им Бермудов не видать.

— А, вот! Наконец нашла, — прервала она мое удивление. — Вообще-то это даже вопрос. Цитирую. «Что, бриллианты зажилил? Взялись за новое дело, мистер Скотт?»

— Скорее всего, что так. И оно обещает быть не из легких.

— Так, сейчас прикинем… Я буду у вас минут через 10–15. Годится?

— Вполне. Встречаемся через пятнадцать минут, раз уж вас не штрафуют.

Положив трубку, я попытался классифицировать то, что она мне сказала и о чем, возможно, умолчала. Погрузившись в свои аналитические раздумья, я совсем забыл о Кей. Уязвленная подобным невниманием, она поднялась, демонстративно надела пиджак с порхающими лацканами и перекинула через плечо сумочку с золотой эмблемой «Голдуотер».