Скупая улыбка Роджера светилась торжеством. Держа этого важного человека в своих руках, он имел теперь возможность не только восстановить свое доброе имя, но и отвоевать обратно положение, которое он потерял, приняв участие в этом невероятно глупом похищении леди Элис. В следующее мгновение его улыбка погасла, когда он подумал о некоторых изменениях в плане, которыми его господин мог быть и недоволен.

В тот час, когда они составляли свой план, ни Роджер, ни его господин не могли предвидеть ни заключения Тэсс, ни вторичного похищения Уолтером леди Элис. Находясь в тюрьме, он не мог посоветоваться с графом, и вынужден был сам внести кое-какие изменения в план. Во-первых, ему пришлось посвятить в него Тэсс, чьи обвинения против Уолтера он подслушал, когда она разговаривала с рыжеволосым стражником. И, во-вторых, исполняя приказ Уолтера, он снова похитил леди Элис. Правда, в последнем случае он постарался смягчить зло, насколько это было возможно. Как только Уолтер ушел по каким-то неизвестным делам, оставив их одних в тюрьме, он рассказал леди Элис о плане графа захватить в плен заложника и сопроводил свой рассказ уверениями в своей преданности и намерении отпустить ее, как только появится возможность.

Элис стояла неподвижно между каменной стеной и быстрой рекой, пока Тэсс не приблизилась к ней с кинжалом в руке. Женщина уже заверяла ее, что сожалеет и раскаивается в совершенном ею нападении и униженно просила прощения, но Элис видела так много лжи за последнее время, что не могла сразу поверить словам, как бы искренне они ни звучали. Особенно если благодаря им можно было достичь того, чего так хотела Тэсс, — вернуться в замок к друзьям.

Под отточенным лезвием веревки упали. Потирая запястья, Элис повернулась к Роджеру, наблюдая, как он умело связывает пленнику руки и ноги.

Когда с этим было покончено, Тэсс, не зная дальнейших шагов, спросила:

— Что будем делать дальше?

— Мы подождем здесь, между наружной стеной и рекой.

Роджер поднял ноги своего огромного пленника и с некоторым усилием поволок его по земле, все еще мягкой от вчерашнего дождя, и положил лицом к камням.

— Гарнизон отражает атаки спереди, маловероятно, чтобы эта тыловая часть, надежно защищенная глубокой и быстрой рекой, привлекла чье-нибудь внимание.

Усевшись рядом, но на безопасном расстоянии от пленника, Роджер положил меч плашмя на поднятые колени.

— Да, мы подождем, пока не выйдет Уолтер и подземный ход не будет свободен. Только тогда я вернусь в замок. Нужно дождаться конца дня, а с ним и перерыва в битве. Тогда и наступит подходящий момент поднести графу Дэйру наш подарок.

Элис молча разглядывала стражника, очевидно приготовившегося терпеливо ждать подходящего, как он считал, момента. У нее не было такого терпения, да и цели у нее были другие. Перенеся свое внимание на тропу, извивавшуюся перед ними, она прищурила изумрудные глаза, разглядывая хорошо видимый предмет на некотором расстоянии в конце тропинки. Приняв внезапное решение, она повернулась лицом к Роджеру.

— Я вижу лодку, на которой твой пленник перебрался через реку, и не сомневаюсь, что его конь ждет его где-нибудь в тени на том берегу. Так как мне нужно сделать одно дело, я покину вас теперь. Роджер нахмурился:

— Вы не должны этого делать! Реку не так легко переплыть.

Кроме, того, повсюду враги. Неважно, что они заняты войной. Она может столкнуться с людьми, которые и представления не имеют, что она — графиня, лицо, высоко стоящее над ними.