– Разве Тоби не рассказывал вам о нас с Энди? О том, как Энди старался заполучить дневник моей прапрабабушки?

Фрэнсис кивнула.

– Да, рассказывал. Он многое рассказывал, но многое и пропускал.

– Что же? – Анна опустила глаза в чашку.

– То, что, как ему казалось, меня не касается. Например, он не сказал мне, как вы с ним относитесь друг к другу.

Анна почувствовала, как ее щеки зарумянились.

– Я знаю, как я к нему отношусь.

– Ты его любишь? – Фрэнсис перехватила взгляд Анны и улыбнулась. – У вас роман? – Она помахала скрещенными пальцами.

– Думаю, я могла бы его полюбить. – Анна пожала плечами. – Но мы провели вместе так мало времени. Зато это время оказалось таким трудным!

Фрэнсис фыркнула.

– Похоже, ты что-то недоговариваешь. Но я не стану больше задавать тебе вопросов, дорогая. Знай просто, что я очень рада вашему с Тоби знакомству. – Она обошла стол и пожала Анне руку.

Лежа в ванне, Анна снова и снова прокручивала в голове этот разговор. Она наслаждалась смешанным запахом розового и лавандового масел, найденных в настенном шкафчике, и ее лицо медленно расплывалось в улыбке. Завернувшись в огромное махровое полотенце, Анна поднялась в свою комнату и на какое-то мгновение застыла, раздумывая о завтрашнем визите к тете.

Дневник лежал на маленьком столике напротив окна. Анна поглядела на него и нахмурилась. Анна обещала дать его Фрэнсис на весь завтрашний день, но в нем оставалось еще несколько непрочитанных страниц.

Последнее, что она помнила из своей поездки, это то, как она лежала в каюте, отложив дневник, и смотрела в потолок, переполняемая страхом и какой-то непонятной, чужой яростью.

Анна задумчиво взяла дневник. Жрец, вторгшийся в ее мозг… Действительно ли он покинул ее или просто ждет подходящего момента? Анна вздрогнула и осторожно поводила головой из сторону в сторону, как бы проверяя. Затем она взглянула на дневник. В последнем прочитанном ею отрывке Луиза собиралась отправиться и Долину мертвых и похоронить там у ног Исиды флакон для благовоний, оказавшийся священным сосудом.

На рассвете Луиза и Мохаммед сели на мулов и направились на запад вдоль плотно засеянных полей. Они ехали молча, не обремененные сопровождающими и навьюченными животными. Ровный яркий свет усиливался каждую минуту. Когда с первыми лучами солнца их тени упали на землю, Луиза и Мохаммед достигли границы плодородных земель. Теперь путь их лежал в самое сердце пустыни.

– Где вы решили оставить флакон, госпожа Луиза? – Мохаммед наконец поднял на нее глаза. – К какой из гробниц мы направляемся?

Луиза пожала плечами.

– Оставим его в каком-нибудь тихом, укромном месте, где его никто не потревожит. Нужно найти изображение богини Исиды, и я положу сосуд у ее ног. – Ее мул оступился, и она с трудом удержалась в седле. – Вот и все, что я хочу сделать. После этого мы сразу же вернемся на пароход и обо всем забудем.

Мохаммед серьезно кивнул. Тропа сузилась, и они въехали в долину. Мохаммед вглядывался в темные проходы в скалах. Он не был проводником и знал долину совсем не так хорошо, как Хассан. Остановив мула, он покачал головой.

– Вы не помните дорогу?

Луиза огляделась вокруг. Она надеялась, что слезы в ее глазах Мохаммед объяснит воздействием утреннего солнца, отражающегося от сверкающих скал. Это место в ее воспоминаниях было связано с Хассаном. Каждый камень, каждая тень несли отпечатки его лица, каждый звук напоминал ей его голос.

Наконец она пришпорила мула. В долине уже появились посетители – группы путешественников с провожатыми, осматривающие окрестности и восторгающиеся красотами пустыни.