Я вновь веду огонь по нему из обоих револьверов, но… Пули отскакивают от барьера. Сучий кинетический щит восстановился.

Джиендро тем временем топает, и земля выбрасывает под углом навстречу мне каменные тонкие шипы. Едва успеваю прыгнуть над ними, но противник улыбается во весь рот. В воздухе я не могу уклоняться.

Он спускает курок одновременно со стрелой, взрывающейся перед его лицом. Ослепительная вспышка разгоняет ночь. Каким-то чудом я не теряю зрение, поскольку бросил взгляд под ноги. Плазменная сфера проносится мимо, а позади Ушастика из пролома вылетает юркая фигура.

Вернув револьверы в кобуру, я сдёргиваю со спины Вепря. Усиленный выстрел. Бронебойная пуля обладает исключительной силой. Она дробится о вспыхнувший барьер, но Квазар теряет равновесие. Его выстрел вновь бьёт в молоко.

Новая автоматная очередь стучит о кинетический щит, за ней следует новый Таран, и, наконец, катана Тая пластает воздух, врезаясь в спину врага. С проклятием тот отмахивается, вынуждая Николая уйти в защиту. Сосредотачивается на мечнике, подставляясь, и я отрываюсь по полной.

Остатки магазина дробовика опустошаются за долю секунды, оба револьвера грохочут, как проснувшиеся с похмелья драконы. Свинцовый шквал обрушивается на спину и бок Джиендро. Тот шустро смещается, уворачиваясь от части пуль и попутно парируя взмахи Николая.

Внезапно дёргается, сбившись, и я вижу окровавленный ошмёток на месте его уха. Барьер снова исчез.

— Ты начинаешь меня бесить! — выплёвывает, кхм, НеСовсемУшастик, заблокировав катану.

Его выбитый глаз больше не кровит, напротив, постепенно восстанавливается. Ублюдок обладает регенерацией!

— Мне говорили, что я оказываю именно такое действие на людей, — отвечаю я и спускаю курок.

Тай пытается перейти в атаку, но Джиендро взмахивает вокруг себя клинком. Достаточно плавно и без прежней жестокой целеустремлённости. За лезвием остаётся багровый шлейф, и Николай инстинктивно отскакивает назад.

— Хотите по-взрослому? — отбив в сторону стрелу голой ладонью, словно надоедливого комара, говорит Кваз. — Это можно устроить.

Закончив фразу, он вгоняет клинок в землю, и всё моё чутье вопит благим матом от опасности. Успеваю скользнуть прочь, до того, как упавший с неба меч прошьёт меня насквозь. Багровый полупрозрачный силуэт, словно сотканный из отвердевшего дыма, остаётся торчать в дорожке, а за ним следуют уже новые.

Я бегу прочь со всех ног, а за мной землю чертит частокол низвергающихся с небес клинков. Они всё ускоряются, и я вынужден активировать Спурт, чтобы не попасть под удар. Однако и этого в какой-то момент не хватает. Трачу Глайд, чтобы скользнуть по дуге вперёд. Миг, и я лечу обратно в сторону Кваза.

Вижу, как с крыши по нему палит Накомис. Как вокруг Тая сгустился искрящийся ионный щит, что блокирует удары НедоУшастика, да и сам бьёт в ответ. Пучки ветвящегося электричества стегают врага, но барьер того вполне успешно поглощает их. Похоже, щит там не только кинетический.

Последние метры Глайда я проезжаю, стреляя с двух рук по штурмовику. Лишь на миг опережаю преследующие меня убийственные сгустки арканы. Боковым зрением вижу, как полицейская на крыше вскидывает лук над головой. Тот с каждой прошедшей секундой наливается ослепительной белизной, будто вбирая в себя лунный свет. Наложенная стрела увеличивается в размерах, пока не достигает метровой длинны. Её наконечник вспыхивает, как шутиха и в мгновение ока вонзается в грудь Джиендро.

От удара тот отшатывается, кашляя кровью. Барьер исчез, и стрела с трудом пробила нагрудник, уйдя на четверть. Кваз огрызается на атаку Тая, с шумом топает, и ударившие со спины каменные острия пробивают спину Николая. Слишком понадеялся на ионный щит, что защищает только спереди.