«Красивая королева! — подумал он. — Хорошая мачеха, и к тому же еще не настолько стара, чтобы не иметь своих собственных сыновей. Она здоровая женщина, миниатюрная, по крепкая. У нее еще будут сыновья. А уж я-то постараюсь, чтобы первый из них появился как можно скорее».

Король знаком показал, чтобы ему подали стул, и один из придворных поспешил поставить его перед ним. Генрих велел сыну подойти и принялся расспрашивать его об учебе. Потом положил свою большую руку на маленькую головку Эдуарда и сказал:

— Ты должен быть здоровым. В твои годы я был в два раза крупнее тебя.

— Умоляю ваше величество простить мне мой малый рост, — произнес мальчик. — Я езжу верхом каждый день, как и ваше величество в моем возрасте, и еще я прыгаю и бегаю.

— Ты хороший мальчик, — ответил король, — но мне хотелось бы, чтобы ты рос немного быстрее.

Королю захотелось, чтобы мальчик почитал ему по-французски и по-латыни; книги были тут же принесены, но, пока принц стоял у колена своего отца и читал вслух, король наблюдал за другими детьми, которые молча стояли в его присутствии.

«Этот мальчик — все, что у меня есть, — с грустью подумал Генрих. — Эх, Джейн, почему ты умерла так рано, не успев родить мне других сыновей? Здоровых сыновей!» У Эдуарда тяжелый запах изо рта, к тому же он слишком худ. Надо сегодня же поговорить с его поваром. Надо заставить мальчика есть мясо. Он должен вырасти сильным и здоровым... Мальчик и две девочки... хороши же его дела! Король вспомнил своего сына Ричмонда и ту радость, которую он испытал, узнав, что у него родился мальчик. Значит, он настоящий мужчина, а то он боялся, что у него не может быть сыновей. А потом Ричмонд умер ужасной, медленной смертью.

Генрих боялся, что и этого маленького мальчика, который стоял сейчас у его колен, постигнет та же судьба, что и Ричмонда. Марии удалось уцепиться за жизнь, но король чувствовал, что сделала она это чудом. Похоже, только Елизавете удастся дожить до преклонных лет. Как бы ему хотелось, чтобы при дворе оказался какой-нибудь волшебник, который превратил бы эту девочку в мальчика. Ха! Вот это был бы номер! «Если бы Елизавета стала мальчиком, я завещал бы ей трон, клянусь Богом!»

Но такое чудо было неподвластно никому, и король подумал, что это жестоко — заставлять его желать, чтобы ребенок Анны стал его наследником. Ему всегда казалось, что Анна насмехается над ним даже в могиле.

Затем его мысли обратились на новую королеву. У него хорошая жена. Она невелика ростом и изящна, и он полюбит ее еще сильнее, когда ее тело раздастся вширь, дав жизнь ребенку. Пока еще слишком рано, но, возможно, что в это же время на следующий год появится новый принц из династии Тюдоров, который порадует своего отца.

— Достаточно, — сказал он Эдуарду, — на сегодня хватит. Ты хорошо читаешь. Я похвалю твоего учителя. А тебе понравилась твоя новая мама?

— Сир, я очень люблю ее.

— Это хорошо. — Король дотронулся сверкающим указательным пальцем до его щеки. — Опять пятна, да?

— Они появились только сегодня, — извиняющимся тоном объяснил принц. — Я сейчас очень хорошо себя чувствую, сир.

— Это хорошо. Король с трудом поднялся, и Катарина подошла, чтобы помочь ему.

— Милая моя Кейт, я рад видеть тебя здесь. А теперь помоги мне дойти до моих покоев.

Он взял ее за руку и пошел, попеременно опираясь то на нее, то на свою трость.

Когда они оказались вдвоем в королевских покоях, король сказал:

— Принц выглядит очень плохо. И это мой единственный сын! Как бы мне хотелось, чтобы у меня была еще дюжина сыновей! — Он потрепал ее по щеке.