Изобилием северного полушария жители его были затронуты отнюдь не в равной мере, вследствие чего менее имущие классы волновались. В богатых странах проживало также большое число темнокожих, потомков тех, кого предки нынешних белых использовали в качестве дешевой рабочей силы. На них тоже сказывалось благополучие богатых стран Шикасты, но в гораздо меньшей мере, нежели на коренных белых жителях. Зависть, а также недобрая память о завоевателях вызывали у чернокожих недобрые чувства к белым.

Превалирующим во всех местностях Шикасты, во всех странах стало все усиливающееся чувство недовольства. Рост недовольства определялся не только пропастью между бедными и богатыми, но и самим образом жизни, удовлетворявшим лишь физические потребности, оставлявшим в небрежении реальное, скрытое «я» потребителя, которое втаптывали в грязь как многочисленные инстанции общества потребления, так и сами его носители.

Оба южных континента раздирали войны и раздоры между черными, между черными и белыми, между племенами, между конфессиями. Множились хунты и диктатуры, уменьшались площади лесов, исчезали виды животных и растений, истреблялись люди.

Войны, убийства, пытки, эксплуатация, подавление и насилие. И ложь, ложь, ложь… Исключительно во имя свободы, прогресса, равенства, демократии.

Главные идеологии Шикасты жонглировали красивыми словами — «экономическое развитие», «справедливость», «равенство», «демократия».

Не впервые уже за это ужасное столетие идеология процветания в момент экономического кризиса привела к власти в Северо-Западных Окраинах «левые» правительства, которые уверенно ввели эти страны в штопор хаоса и разрухи.

Бывшие эксплуатируемые радовались горестям бывших притеснителей, поработителей, презиравших их уже за темный цвет кожи и разрушивших их культуру, уничтоживших их духовные ценности, которые теперь предстали перед ними в ином свете… Однако было уже поздно, ибо они и сами к тому времени заразились идеологией потребления.

Северо-Западные Окраины ничто уже не в силах было спасти, они не могли решить накопившиеся проблемы. Здесь царил хаос: экономический, интеллектуальный, духовный — в точном, канопианском смысле. А пропаганда продолжала бушевать в средствах массовой информации.

Наступило время эпидемий, голода, гибели.

В пределах Основного Материка в смертной схватке сцепились две Диктатуры: одна возникшая еще в результате Первой мировой войны и вторая более молодая, восточная. В этот конфликт оказались прямо или косвенно вовлечены почти все страны Шикасты. Восточная Диктатура оказалась сильнее, ибо более старшая к тому времени уже ощутила влияние упадка. Ее империя трещала по швам, население проявляло недовольство, правящий класс утратил связь с народом. Процессы развития и распада, ранее занимавшие столетия, сжались здесь до нескольких десятков лет. Бурно растущее население Восточной Диктатуры заселило территорию старшей, а затем и Северо-Западные Окраины. Страна-победительница, как водится, прикрывалась щитом передовой идеологии, представлявшей собой, по сути, перелицованную и подогнанную по потребностям старую идеологию Северо-Западных Окраин. Новые господа, умные и хитрые, собирались надолго обосноваться на всей территории Основного Материка, но время рассудило иначе.

Гонка вооружений на Шикаете продолжалась…

Одна из ошибок привела наконец к войне. Не прошло и суток, как все крупнейшие города планеты лежали в развалинах. Этот трагический результат неоднократно предсказывался, но влияние Шаммат было слишком велико.

И вот все города северного полушария разрушены. Однако на этот раз в отличие от Второй мировой войны, о скором восстановлении их не было и речи. Развалины дышали радиацией, да и восстанавливать разрушенное было некому. Секретное оружие вырвалось на свет, в небесах над развалинами разворачивались сражения, а в развалинах, проклиная богов и чертей, защитников и нападающих, умирали пережившие первые атаки.