– И тут нет этой дурацкой школьной формы, – сказала девушка с косичками. Девушка в шляпке ехидно заметила:

– А мне казалось, ты любишь наши чулки, Кэмми.

– Не называй ее Кэмми, – шепнула брюнетка в кожаной куртке, но так громко, что даже мы с Селеной услышали. – Иначе будет взрыв.

– Не будет! – воскликнула девушка с косичками, обращаясь к брюнетке, и тут же возмущенно добавила другой подруге: – И не называй меня, пожалуйста, Кэмми. Звучит ужасно.

– По моему, нормально, – сказала девушка в шляпке. – Звучит очень мило.

– О шиб ка, – протянула брюнетка, и девушка с косичками возмутилась еще сильнее:

– Почему ты говоришь со мной так, словно я какая то истеричка?

– Скалларк, прекрати возмущаться, – попросила девушка в шляпке. – Кира, не зли ее. Иначе нас выгонят и из этой школы.

– Вообще то нас не выгнали из нашей школы, – ответила Кира рассудительным тоном. – И это ты прекрати, Сьюзен. Да где же эта дурацкая кафешка?

– И вовсе она не дурацкая, – вмешалась Селена. Я медленно повернула голову в ее сторону, удивленная тем, что подруга встряла в чужой разговор, а она уже взбежала вверх, поравнявшись с незнакомками. – Привет, девочки, меня зовут Селена. А позади меня плетется Кая.

– Э э… Я – Кира. Это – Скалларк и Сьюзен. – Она по очереди представила своих подруг, бросила на меня мельком взгляд и тут же обратила внимание на Селену, но та не дала шанса и словечка вставить:

– А давайте мы с Каей проводим вас в кафе? Здесь отличные оладьи! Говорю вам, девочки, оладьи – то, ради чего стоит жить!..

Все началось в понедельник.

Я сидела в столовой в компании новых лучших подруг Селены. Скалларк смеялась над шутками громче всех – даже ее косички подпрыгивали, Сьюзен смущенно хихикала, Кира сдержанно улыбалась.

Они говорили о школьной форме, о погоде. Селена постоянно называла меня по имени, очевидно стараясь включить в беседу. О погоде спросила я, и собственный голос показался мне противным и чрезмерно сдержанным на фоне веселых и звонких голосов новых знакомых.

– Не то слово. Да я солнца уже сто лет не видела, посмотри, какая у нас кожа бледная!

Скалларк мне понравилась, она совсем не стеснялась незнакомой обстановки и была уверена в себе. Когда Селена и Кира отправились за обедом, Сьюзен и Скалларк окружили меня, завалив вопросами о спорте и учебе. Я толком ничего не могла ответить, так как не участвовала в соревнованиях.

– Ты не пловчиха? – изумились девушки.

Я покачала головой.

– Нет, я не плаваю. У нас же мужская команда.

Они переглянулись.

– У тебя хорошее тело, наверное, ты много бегаешь?

Я кивнула, не вдаваясь в подробности. Я была сконфужена таким пристальным вниманием к своей персоне. В школе у меня не было ни друзей, ни врагов, я мало с кем общалась.

– Какой красивый парень.

Я проследила за взглядом Сьюзен и увидела юношу, сидящего через два столика от нас. Волосы у него были светлые, всклоченные; на плечах свободно висела клетчатая рубашка. Он сидел спиной ко мне, но приятель светловолосого, заметив мой взгляд, кивнул мне, и я, кивнув в ответ, немедленно отвернулась. Меня вновь застали врасплох.

– Это Ной Эллисс, – сказала Селена, появившись за моей спиной с нагруженным подносом. У Киры был точно такой же. – Он очень классный!

Селена произнесла «очень классный» таким тоном, будто это разом описывало Ноя Эллисса. При этом подруга поиграла бровями, а девушки рассмеялись. Все, кроме Киры.

– Да, он неплох, но я не люблю блондинов.

– Ну не такой уж он и блондин, – насупилась Сьюзен, – у него волосы чуточку светлее моих.