— Не понимаю, почему мне нельзя пойти с тобой, Ивица!
Он увидел, как у нее перехватило горло. В глазах ее стояли слезы.
— Знаю. Я пыталась найти возможность рассказать тебе все, объяснить. Но, наверное, мне просто придется попросить тебя мне поверить.
— Я тебе верю. Всегда. Но понять мне трудно. И дело было не только в этом. Он встревожился. Он боялся расставаться с ней со времени их возвращения на Землю за Абернети и пропавшим медальоном, когда она чуть не умерла. Он заново пережил все кошмары смерти Энни и их неродившегося ребенка и гибели части его души, которая принадлежала им; Во время расставания с Ивицей, каким бы необходимым и коротким оно ни было, этот страх снова возвращался. И этот раз не был исключением. Скорее, это чувство еще усилилось из-за того, что ему так трудно было понять причины их расставания.
— Когда тебе надо уходить? — спросил он, все еще не примирившись с этой мыслью. Казалось, вся его радость куда-то улетучилась.
— Завтра, — ответила она. — На рассвете. Его отчаяние удвоилось.
— Ну по крайней мере возьми с собой Сапожка. Возьми кого-нибудь для сопровождения!
— Бен. — Она взяла его за обе руки и придвинулась так близко, что он увидел в ее глазах свое отражение. — Со мной никто не пойдет. Я пойду одна. Тебе не надо тревожиться. Я буду в безопасности. За мной не надо присматривать. Ты это знаешь. В Заземелье у потомков эльфов есть свои методы защиты. Я буду на родине моего народа.
Он сердито встряхнул головой:
— Не понимаю, как ты можешь быть в этом уверена! Ну почему ты должна идти одна?!
Несмотря на все его усилия сохранять спокойствие, он повысил голос и начал говорить гневно. Сделав шаг назад, он постарался отстраниться от нее. Но Ивица не отпустила его рук.
— Дитя важно для нас, — мягко сказала она.
— Я это знаю!
— Ш-ш, ш-ш! Мать-Земля говорила нам о его важности — помнишь? Он глубоко вздохнул:
— Помню.
— Тогда смирись с тем, что наши потребности должны отступить перед потребностями ребенка, — прошептала она. — Пусть это больно, пусть непонятно, пусть нам хочется, чтобы все было по-другому. — Она помолчала. — Мне это нравится не больше, чем тебе. Ты мне веришь?
Он был застигнут врасплох. Ему и в голову не приходило, что она приняла такое решение под чьим-то давлением.
— Да, верю, — сказал он наконец.
— Если бы можно было, я взяла бы тебя с собой. Если бы можно было, я бы не расставалась с тобой ни на секунду. Но, увы, нельзя. Природа вещей не позволяет, чтобы мы всегда были вместе.
Она ждала, что Бен ответит. Он долгое время молча смотрел на нее, осмысливая ее слова. А потом сказал:
— Наверное, ты права.
— Все будет хорошо, — пообещала она ему. Ивица обняла его и прижала к себе. Он уткнулся лицом в ее зеленоватые волосы и почувствовал, что ему уже больно оттого, что она уходит. Страх черной тучей клубился в уголках его сердца. Он вновь осознал, насколько они разные — человек и сильфида — и сколького он еще о ней не знает.
— Все будет хорошо, — повторила она. Он не стал спорить, понимая, что это бесполезно.
Но он не мог не думать о том, что попытаться все же стоило.
Глава 4. КОРНИ
Путешествие Ивицы из замка Чистейшего Серебра было относительно спокойным. Она ушла под покровом темноты, выскользнула из крепости, никем не увиденная и не услышанная. Ночная стража могла бы смутно ощутить ее присутствие, почти сразу же о нем забыв, но потомки эльфов сохранили прежние таланты, так что она могла исчезать так же бесследно, как исчезает тень в лучах солнца. |