– Мэттью хорошо учился, – сказала Пэтси.

– Ему там нравилось?

– Да, нравилось. Он получил стипендию – стипендию от совета попечителей. Он прекрасно понимал, как много это для него значит – попасть в хорошую школу.

– До прошлого года он ходил в местную школу, верно? Возможно, он скучал по своим товарищам.

– Ничего подобного. Мэттью был в восторге от Бредгар Чэмберс. Он понимал, как важно получить настоящее образование. Это был его шанс. Он не мог отказаться от него только потому, что соскучился по какому-нибудь приятелю. Он ведь мог повидаться с друзьями на каникулах, правда же?

– Может быть, к кому-то здесь он был особенно привязан?

Линли успел заметить непроизвольную реакцию Кевина на этот вопрос– он резко повернул голову к окну:

– Мистер Уотли?

Мужчина ничего не отвечал. Линли терпеливо ждал. Заговорила Пэтси Уотли.

– Ты подумал насчет Ивоннен, Кев, верно? – спросила она, тут нее пояснив для Линли: – Ивоннен Ливсли. Она живет на улице Квин-Кэролайн. Они с Мэттью вместе ходили в начальную школу, играли вместе. Обычная детская дружба, инспектор. Ничего большего – просто дружба. Не говоря уж о том…– Тут она растерянно моргнула и замолчала.

– Черная, – односложно завершил начатую женой фразу Кевин.

– Ивоннен Ливсли – чернокожая? – уточнил Линли.

Кевин Уотли кивнул, словно цвет кожи Ивоннен служил достаточным аргументом в пользу их мнения, будто Мэттью не стал бы самовольно покидать школу. Не слишком-то убедительное доказательство, тем более если ребята росли вместе и, по признанию матери, дружили.

– Вы замечали хоть какие-нибудь признаки того, что у Мэттью возникли проблемы в школе? Возможно, не в начале года, а в последний месяц? У него могла появиться какая-то причина для беспокойства, о которой вы и понятия не имели. Иногда дети переживают серьезные неприятности, однако не делятся ими с родителями, даже если в целом у них прекрасные отношения. Как бы дети ни доверяли родителям, случаются такие вещи, о которых они просто не могут им рассказать. – При этом Линли вспоминал о своей школьной жизни. Как он старательно притворялся, будто все идет как по маслу. Он никогда ни в чем не признавался– уж во всяком случае, не родителям.

Кевин и Пэтси Уотли молчали. Кевин пристально изучал швы в своей шапке, Пэтси смотрела вниз, на складки халата, но Линли подметил, что женщину бьет дрожь, и потому продолжал говорить, обращаясь к ней:

– Не ваша вина, если Мэттью сбежал из школы. Не вы тому причиной, миссис Уотли. Если что-то вынудило его сбежать…

– Нам пришлось послать его туда! Мы поклялись… Кев, он умер, и это мы виноваты! Ты же знаешь– это мы виноваты!

Лицо ее мужа исказилось судорогой при этих словах, но он не попытался подойти к жене. Вместо этого он обернулся к инспектору.

– Парень вроде как в себя ушел в последние месяцы, – с трудом выговорил он. – Когда он в последний раз приезжал на выходные, я пару-тройку раз натыкался на него: сидит под окошком в детской и смотрит на реку точно загипнотизированный. Но он ничего нам не сказал. Не в его характере. – Кевин оглянулся на жену, пытавшуюся вновь придать себе приличный вид – она все цеплялась за свои манеры, точно в этом и заключалось спасение. – Это мы всему причиной, Пэтc. Мы.

Барбара Хейверс осматривала фасад своего родного дома в Эктоне, мысленно отмечая, что следовало бы исправить в первую очередь, дабы придать ему более жилой вид. Ее любимое занятие по вечерам.