Чаз– вот кто был необходим Брайану. Их дружба помогла мальчику преодолеть замкнутость и сосредоточенность на себе, ввела его в круг более уверенных, крепко стоящих на ногах молодых людей. Но сейчас, глядя на двух юношей, склонившихся над пробирками, уставившихся в свои записи, Эмилия задумалась, какую роль сыграет провал Брайана в его отношениях с Чазом. Смерть Мэттью Уотли подрывала положение Чаза как старшего префекта, она плохо отразится на всей школе, подмочит репутацию даже отцу Брайана, но сам Брайан проиграет по всем статьям. Как это несправедливо!

Дверь лаборатории вновь заскрипела. Эмилия почувствовала, как напряглись ее мышцы, готовясь к борьбе или бегству, – это явилась полиция.

Войдя в химическую лабораторию, Линли убедился, что Барбара Хейверс не слишком преувеличивала, утверждая, будто это здание и его кабинеты не претерпели существенных изменений со времен Дарвина. Обстановку помещения никак нельзя было назвать современной. Под потолком вились газовые трубы, в паркетном полу зияли дыры, свет казался тускловатым, классная доска поистерлась, и написанные на ней задачи расплывались, сливаясь с призраками сотен и тысяч других, ранее заданных и решенных здесь.

Восемь работавших в классе учеников сидели на чересчур высоких деревянных стульях, белые лабораторные столы покрывал сверху сосновый шпон, не скрывавший уже трещин и зазубрин. В поверхность столов были вделаны небольшие фаянсовые раковины, заржавевшие газовые горелки и медные краны. Вдоль стены комнаты тянулись шкафы со стеклянными витринами, где хранились градуированные колбы, мензурки, пипетки и изрядный запас запечатанных бутылочек с различными химическими реактивами; на них были наклеены выполненные от руки этикетки. На самом верху на деревянных подставках ждали своего часа высокие бюретки– их использовали для дозированного, капля за каплей, соединения веществ. Эксперименты проводили в вытяжном шкафу в дальнем конце комнаты. Сооружение из стекла и красного дерева было столь же древним, как и все школьное оборудование. Лопасти вентилятора давно заржавели.

Лабораторию следовало полностью обновить много лет назад. Ее состояние свидетельствовало о прорехах в школьном бюджете, о тех трудностях, с которыми ежедневно сталкивался Алан Локвуд, пытаясь удержать свое заведение на плаву, привлечь новых учеников и каким-то образом раздобыть средства, необходимые для ремонта и модернизации школы.

Учительница словно догадалась, какое впечатление производит ее класс на Линли. Она прошла к вытяжному шкафу и опустила переднее стекло. На нем, словно дымка тумана, расплывалась какая-то мутная пленка. Обернувшись к старшеклассникам, прекратившим занятия и уставившимся на Линли и Хейверс, Эмилия резко напомнила:

– Вам нужно закончить работу. – Пройдя через весь класс, она встретила детективов у двери и представилась:– Я– Эмилия Бонд, преподаватель химии. Чем могу служить?

Она говорила жестко, уверенно, но Линли подметил, как часто, напряженно бьется жилка в ямке у горла.

– Инспектор Линли, сержант Хейверс, Скотленд-Ярд, – ответил он, хотя, судя по ее манере держаться, молодая женщина и так понимала, кто они такие и зачем явились в ее лабораторию.—

Нам нужно побеседовать с одним из ваших учеников – с Брайаном Бирном.

Все присутствовавшие, кроме преподавателя, оглянулись на мальчика, сидевшего рядом с Чазом Квилтером, но сам Брайан не спешил поднимать глаза, притворяясь, будто он чересчур занят раскрытой перед ним тетрадью. Его карандаш замер над белым листом и больше не двигался.

– Брай! – пробормотал Чаз Квилтер, и его одноклассник поднял голову.

Линли знал, что Брайан Бирн числится в старшем шестом классе, то есть ему уже исполнилось или вскоре должно исполниться восемнадцать лет, однако юноша выглядел и намного старше, и почему-то моложе этого возраста.