— Нет, не говори так. Я ничего не должна. Ты сама сможешь сделать это, — спорила я, метнув взгляд к деревьям, раскачивающимся взад-вперед на ветру под дождем. Рука болела от постоянной опоры на дверную раму, но отпустить ее я не могла. Из-за илистой поверхности, размокшей под дождем, мое тело соскальзывало в неистовую реку. Реку, которая с каждой минутой все больше поднималась.

Мой мозг ничего не осознавал. Я даже не пыталась вникнуть в ее слова. Тогда у меня на уме было нечто иное. Я уставилась на нее широко раскрытыми глазами, не двигая ни единой мышцей, даже не дыша. О Боже. Я снова почувствовала это. Машина сдвинулась, едва, но сдвинулась. Оставались секунды, прежде чем нас смоет штормом.

— Продолжай говорить. Расскажи мне больше о нем, — подталкивала ее я, пытаясь вытянуться и схватиться за хилую веточку, торчащую из берега. Я собиралась вытянуть себя из машины и добраться до небольшого участка земли справа от нас. Если бы я смогла сделать это, я бы могла позвать на помощь.

— Он любит книги, трансформеров и скейтбординг. Он очень хорош для четырех лет. Вот подожди, увидишь.

Я обдумывала нашу ситуацию, подталкивая ее к разговору.

— Продолжай говорить. Почему ты не рассказала мне?

— Я не хотела, чтобы ты разочаровалась во мне. Я стыдилась себя. Четыре часа прождала у края твоей подъездной дорожки, пытаясь уговорить себя подойти к двери. Я почти сделала это, когда ты… — сказала Иззи и замолчала. Тишина привлекла мое внимание, прежде чем она снова заговорила. — Когда ты вышла к почтовому ящику, но ты не увидела меня. Ты смотрела на небо.

Мысль о том, что развитие событий в том случае были бы настолько же плохи, как и сейчас, промелькнула в голове. Я представила лицо Пэкстона, когда бы он открыл дверь.

— Я не разочарована, Иззи. Просто хочу, чтобы ты была в порядке.

— Он боится штормов. Эти ночи я превращала в особенные — фильмы и пицца, чтобы отвлечь его.

При других обстоятельствах я бы рассмеялась и сказала ей, что делаю то же самое с девочками. Так поступала наша мама, но я, если честно, думаю, что боялась именно она. Делала это больше для себя, нежели для нас.

— Иззи, дай мне свою руку, — произнесла я взволнованно. Страх наполнил мои вены, но безысходность помогала сохранять спокойствие. Я снова почувствовала движение машины и повторила попытку. На этот раз получилось ухватиться за тонкую ветвь. Иззи не слушала. Ее голова склонилась, и я поняла, почему она не могла видеть. Мне пришлось отвернуться, но не получилось сдержать испуганный вздох. С ее лица будто срезали кожу, оставив свисать на глаза. Молния осветила ее кровавые губы. Вид был словно из фильма ужасов, и она никак не была похожа на мою красивую близняшку.

— Иззи! Дай мне свою руку!

Когда машина снова сдвинулась, я поняла, что не была наполовину в ней и наполовину снаружи, как считала. На этот раз машина опустилась на несколько сантиметров. Я закричала от боли, когда машина соскальзывала с моего тела, но взяла себя в руки. Туманно помню, как схватила руку Иззи, когда автомобиль продолжил падать. Паника от безвыходности охватила меня, и я потеряла самообладание. Как это произошло? Почему это произошло?

Не знаю, откуда взялись силы. У меня даже времени подумать не было. Времени просто не было ни на что. Как и сама авария, все произошло очень быстро. Машина падала, а я крепко держала Иззи за руку, корчась от боли. Каким-то образом нам удалось не упасть в реку. Даже учитывая скользкие руки. Кто-то был там с нами в тот день, держал нас за руки. Что-то большее, чем я. Я держалась, сколько могла, но моя сила не шла в сравнение с болью в запястье и скользкой субстанцией между нашими руками.