Я сначала просунула в дом руку, нажимая на выключатель. Но свет не включился. Я не могла не засмеяться. Этот ублюдок отключил электричество. Смех был вызван его глупостью. Я даже не задумывалась о том, что он может это сделать. Без света камера тоже не работала. Я продолжала смеяться, когда ответила на телефонный звонок, даже не сказав «алло».

— Что ты, нахрен, делаешь? Не смей больше отключать телефон, ты поняла меня, Габриэлла?

— Да, конечно, Пэкстон, — сказала я безжизненным тоном, направляясь прямо в маленькую ванную за разделителем из рисовой бумаги. Конечно, это было то, что я подумала. Маленькое красное пятнышко на моих новых трусиках. Я наклонилась, пользуясь светом телефона, пытаясь что-то найти. Ничего. Ни единого гребаного тампона, ни единой прокладки, только наполовину использованная туалетная бумага на держателе.

— Куда ты ходила?

— Хочешь правды или продолжим лгать?

— Мне не нравится эта твоя сторона, Габриэлла. Тебе стоит остановиться.

— Да, но, видишь ли, я не настоящая Габриэлла, так что… — произнесла я, растягивая слова.

— Где ты, блядь, была?

— Ходила повидаться с Кэндес.

— Зачем?

— Потому что я хочу знать, что, черт возьми, происходит. Ты ничего мне не рассказываешь, так что я выясню сама. Ты знал, что Кэндес и Лейн уезжают? Лейн уже подал заявление об уходе.

— Мне плевать, куда они собрались. Что она тебе сказала?

— Включи электричество и узнаешь.

— Как? Что это значит?

— Она дала мне конверт от ее частного детектива. Ну, знаешь, того, которого нанял ты, чтобы узнать, куда я ездила в день аварии? Уверена, ты мечтаешь исправить этот день.

— И что, Габриэлла? Эти фотографии улучшат твое самочувствие? Знание того, что ты трахалась с мужем твоей подруги, именно тот ответ, который ты искала?

— Нет, даже не близко. Это лишь один кусочек пазла из тысячи составляющих. Пазла, который я пытаюсь собрать сама, — объяснила я, направляясь на кухню, где нашла пустой рулон бумажных полотенец. Черт. — Мне нужно прийти забрать несколько вещей.

— Хорошо, приходи, но ты уже не уйдешь.

— Забудь об этом, позвоню кому-то другому, — парировала я. Я не дала ему возможности ответить, так как по второй линии уже звонила Ми. Она могла принести мне тампоны.

— Ты все еще там? Я тут обезумела уже от волнения, — призналась Ми, когда я переключилась на ее вызов.

— Нет, но у меня только что начались месячные, а у меня ничего нет. Можешь принести что-то?

— Прости, у нас только одна машина. Ник только что уехал в шахматный класс. Что ты выяснила?

Я закатила глаза, увидев имя Пэкстона, мигающее на телефоне.

— Пока ничего. Она дала мне конверт, сказав, что это все, что у нее было, и чтобы я больше никогда не беспокоила ее.

— Что в нем?

— Пока еще не знаю. Пэкстон выключил здесь электричество. Я ни черта не вижу.

— Кретин.

— Это точно. Дай, я поищу свечу или фонарик. Я перезвоню тебе чуть позже.

— Ах, ладно. Я достала номер Мисс Чадвик. Это социальный работник Вандера.

— Потрясающе. Ты супер. Я люблю тебя, — возгордилась я. Почему — не знаю. Я не в состоянии сейчас позвонить ей и объяснить весь этот кавардак.