— Привет, Серег. Ну как твой КамАЗ? Ездит? — Ответил я.

— Ага! Только с маслом че-то напряг в последнее время.

— Масло привезут во вторник. Потерпи чуть-чуть.

Я пошел по двору того самого гаража, в котором когда-то работал Шофером. Много же лет прошло. Много я пережил, много испытал. Круто изменил свою жизнь.

Сейчас вокруг меня суетились добрых четыре десятка Шоферов, и столько же машин. Машин разных: дорогих и подешевле, новых и постарше. ООО «Белка» работала полным ходом. Возили мы сельскохозяйственные грузы, стройматериалы, сыпучие грузы, строительный мусор, дрова, и все остальное прочее для чего может пригодиться грузовой самосвал. Клиентов было немало. Обращались и по всему нашему району, и по нескольким соседним. Вот такой скромный бизнес получился.

— Здорова, Игорь, — прошел мимо меня Микитка.

Микиткой, впрочем, его больше никто не называл. Только уважительно: Никита Сергеевич.

— Привет, Никита, — улыбнулся ему я.

— Чего ты? Сегодня говорил, что на гараже не будешь.

— Ага, — Подхватил Сашка Плюхин, слезая с подножки своего КамАЗа самосвала. — Ты ж вроде собирался ехать в Армавир, сестру встречать.

— Да мне за ней только к трем часам дня, — возразил я. — А щас заглянул посмотреть, как у вас тут работа идет.

— Ага, — Кисло заметил Титок, куривший у своей грузовой газели-погрузчика. — Так и скажи, что Машка выгнала с дому, потому как готовит угощение для Светки с Сашкой.

Со Светкой получилось все так, как она и хотела. Сначала московский медтехникум, потом вуз, а потом врачебная карьера эпидемиолога. А главное, Сашка-ментенок, вышедший к этому времени на пенсию по выслуге лет и занявшийся бизнесом, от Светки не отставал ни на минуту. Всю их жизнь поддерживал, был рядом.

— По-моему, из нас всех только тебя, Титок, жена периодически с дому гонит.

— Да это она в шутку, — обиделся Титок.

Намучался я с этой ООО Белка. Как и завещал мне Федотыч, стал я сначала механиком, потом завгаром колхозного гаража. На Машке женился, пошли детки: мальчик и девочка. В позже построил я себе отдельный дом, рядом с родительским, а отцу с матерью сделал ремонт. Было тяжело, но все же вместе справились.

Пробыл я на должности завгара до самого развала страны. Приобрел тогда много полезных связей и знакомств. Когда страна развалилась, смог я в складчину с несколькими товарищами выкупить гараж и часть машин в частную собственность. Ну и стали мы крутиться.

В девяностые пришлось нам гараж, да и, иной раз, колхоз, чуть не с оружием в руках от бандосов защищать. Но выстояли. Потихоньку пошло все на лад.

Да и гараж преобразился: построили мы новые боксы, помещения по ремонту. Разобрали старенькую и ветхую диспетчерскую, возвели на ее месте офис. Однако осталось в гараже и кое-что из старого.

Я прошел дальше к одному из старых боксов, которые использовались теперь, в основном для стоянки. Внутри хранилась закрытая брезентом машина.

— Чего? — Спросил Казачок, — снова ее выгуливать приехал?

— Да пора бы, — улыбнулся я ему. — Уже неделю стоит, не набегавшись. Помоги, лучше, полог стянуть.

Вместе с Казачком и еще парой мужиков мы стянули брезентовое покрывало с машины. Под ним, чистенькая, будто сошедшая только вчера с конвейера, стояла Белка.

— Спасибо, мужики, — ответил я, и когда они вернулись к своим машинам, стал обходить белку кругом.

Все та же синяя голова, белый ном, зеленый с белыми трафаретными буквами кузов. За машиной я следил. Обновлял ее часто. Раз в несколько лет перекрашивал.