– Ты отлично проявил себя в вылазках против англичан, – заметил Брюс. – И себя не обидел, и нам добыл припасы, столь необходимые для воюющих шотландцев. Разумеется, каждый раз, когда мы предпринимаем боевые действия на английской территории, начинают еще громче протестовать землевладельцы из приграничных районов, которым надоело, что их земли постоянно опустошают.

– Вы приказываете мне штурмовать Тизл-он-Даунз?

– Нет. Я не стал бы приказывать тебе идти на большой риск, но и не стал бы возражать, если бы ты предпринял такую попытку. Но береги при этом жизнь воинов. Нельзя допустить, чтобы англичане уничтожили нас скорее, чем мы успеем восполнить численность нашего войска. Итак, ты все еще заинтересован в таком предприятии?

– Да, заинтересован.

– Тогда отправляйся со своими людьми в Лэнгли. Тщательно разработай план. Позаботься об оружии и припасах. И как только одержишь победу, сразу же сообщи мне об этом. Выезжай со своими людьми завтра утром. Здесь ты сделал свое дело.

– Понятно.

– Скоро мы снова будем вместе, – добавил король.

Джейми ушел. В воздухе чувствовался запах едкого дыма пожара. Вкус победы был сладок, но все эти разрушения были на их собственной территории. Неплохо будет перенести боевые действия на территорию противника.

А еще приятнее возвратиться в Лэнгли, особенно с благословения короля. Джейми очень хотелось выспаться на теплой мягкой постели.

Даже о конфликтах, которые его ожидали, он думал с удовольствием.

Напряжение нарастало день ото дня.

На четвертое утро после того, как в Лэнгли впервые заметили затаившегося в лесу противника, Кристину разбудил чей-то душераздирающий крик. Она вскочила и босиком, в ночной сорочке бросилась к двери. Распахнув ее, она услышала, что кричат где-то этажом ниже. Кристина поспешила вниз по лестнице и на лестничной площадке чуть не столкнулась с Игренией.

– Что это? – испуганно спросила Кристина.

Ей показалось, что Игрения чем-то очень озабочена. Но хозяйка улыбнулась и спокойным тоном произнесла:

– Ничего страшного! У Ровены начались роды.

Крики доносились из комнаты, которая принадлежала Джейми, хотя у Ангуса и Ровены был свой небольшой домик возле южной стены.

– Она находилась здесь, когда начались схватки, – объяснила Игрения. – Думаю, Джейми не станет возражать. Тем более что за последнее время он все равно не пользовался этой комнатой. – Игрення рассмеялась: – Прислушайся! Ровена на чем свет стоит ругает беднягу Ангуса! Слава Богу, что его здесь нет и он этого не слышит.

– Но почему она ругает Ангуса?

Игрения снова улыбнулась:

– В такой момент она видит в нем проклятого виновника ее болей. Не беспокойся, как только все будет позади, она сразу же захочет, чтобы Ангус поскорее вернулся и разделил с ней радость рождения ребенка. Я должна позвать Берлинду… нам нужна вода. А ты иди к Ровене, поговори с ней, подбодри. В такой момент женщине нужна поддержка.

Кристина подумала, что она вряд ли нужна сейчас роженице, однако говорить ничего не стала и отправилась в комнату к Ровене. С ней находилась старая повитуха, которая старалась расправить простыни под извивающимся телом роженицы.

– Вцепись зубами в деревяшку, как я тебя учила, и боль немного ослабнет. Впереди еще не один час мучений! – приговаривала старуха.

– Не один час? – взвыла Ровена.

– Судя по всему, это так.

Кристина выросла в Хэмстед-Хите и присутствовала при появлении на свет бесчисленного множества жеребят. Что такое роды, она знала достаточно хорошо. Но лошади не орали, не ругались и не метались от боли, как Ровена.