Кира села за стол, пощелкала клавишами компьютера, что-то нашла и принялась записывать на бумаге для заметок.

– Вот. Проверь, где этот номер засветился в ночь убийства. Не дает мне покоя этот человечек. Ой как не дает!

– Хорошо. – Илья шагнул к двери, намереваясь пойти в техотдел. – А что с Эльзой Суворовой? Задерживаем?

– Погоди, не торопись. – Она досадливо поморщилась. – Что мы ей предъявим – в ночь смерти Пронина сидела в его машине? И что? Скажет, да, сидела. Поговорили и ушла. Отец мне поведал, что Пронин любовник матери.

– А Суворов о нем знал?! – ахнул Илья, притормаживая у самого выхода.

– Отвечу тебе буквально через час, когда получу детализацию вот этого номера.

Кира подчеркнула номер, особенно часто повторяющийся в исходящих звонках с телефона, которым пользовалась Элеонора Суворова после своего бегства.

– Если найду подтверждение своим подозрениям, значит… А вот Эльза может оказаться крепким орешком. Надо бы… Надо бы ее платежи с карт проверить. Может, какая-то аптека всплывет. Препарат хоть и отпускается по рецепту, но сам знаешь, у нас сейчас с этим свободно.

Она потянулась, велела ему включить чайник и успела крикнуть в спину, что не отказалась бы от пирожных, которые продаются почти в метре от входа в их отделение.

– Будет сделано, – пообещал Илья и ушел.

А Кира, снова склонившись над клавиатурой, набрала название одной из самых популярных социальных сетей среди молодежи.

– А давайте-ка мы на вас взглянем, – пробормотала она, находя нужную страничку и с радостью обнаруживая, что она не закрыта. – И постараемся угадать, что такого важного произошло в последнее время в вашей жизни.

Глава 34

Эльза ходила вдоль окна с закинутыми за голову руками. Острые локти торчали, босые ступни переступали осторожно, словно она шла по горячим углям. Эдик развалился в кресле в углу и с ленивой улыбкой наблюдал за ней.

Все изменилось после оглашения завещания. Расстановка сил стала другой. Отец затих и поглядывал на него исподлобья. Что-то готовил – не иначе, какую-то пакость. Эдик уже в лицах проиграл сцену, как отец сообщает ему об увольнении.

Он и был и не был к этому готов. На фирме дела вдруг пошли очень даже неплохо.

– Это потому, что ты с наркотиками завязал, – шептала ему ночами Катя, зацеловывая его до щекотки. – И стал больше уделять внимания делам. Молодец! Ты у меня лучший!

Может, она и права. Он не опаздывал теперь, не прогуливал, не скучал на совещаниях. И отчеты стал просматривать, прежде чем подписывать.

Он нес ответственность! И понимал это. А также то, что на него свалилось неожиданное состояние и ему придется контролировать еще и бизнес, который он унаследовал.

Эдик два дня ломал голову, кого ему сделать управляющим всех бутиков и салонов красоты матери. Выбор был невелик: Катька или Эльза. Кого еще он мог допустить к отлаженному делу, приносящему стабильную прибыль? Только своих. Но…

После долгих размышлений он понял, что Эльза серьезно проигрывает Катьке. Она лодырь. Спит до обеда. Ночами гуляет. К тому же со здоровьем у нее так себе. Будет без конца этим манипулировать.

Но как ей об этом сказать? А вот если отец решится его уволить, он и Эльзе скажет, что не готов взять ее на работу. Мысль показалась справедливой, и Эдик повеселел.

– Чего скалишься? – заметила сестра его удовлетворенную улыбку. – Доволен, что мать оставила меня ни с чем?

– Честно? – Он медленно встал и подошел к ней. – Мне пофиг, Эльза.