— Кажется, наш отец говорил о том, что нельзя отучить обычного человека от азартных игр, — сказал Сангвиний.

Мортарион покачал бледной головой, и тянущиеся от древней дыхательной маски трубки звякнули друг о друга.

— Глупо.

Фулгрим весело взглянул на него.

— О? Это почему же?

— Потому что нас создали для разных сражений, — прорычал Повелитель Смерти. Казалось, его отфильтрованный голос всегда оставался мрачным. — Приезжай на Барбарус, павлин, и увидишь, сколько протянут твои перышки в смоге.

Серебристая бровь Фулгрима поднялась.

— Возможно, я так и сделаю, брат.

— Я бы не советовал, — вмешался Сангвиний. — Я видел те химические облака. Подозреваю, что он продержится в них дольше, чем ты, Фулгрим.

— Для некоторых это проще, чем для остальных, — пробормотал Мортарион.

Фулгрим хитро взглянул на Сангвиния. Наступила неловкая тишина.

— Ты не должен жалеть об этом, — сказал Хан. Остальные примархи повернулись, словно удивленные, что у него есть голос. — О невзгодах.

Мортарион кисло взглянул на брата. Бледная кожа примарха XIV Легиона почти соответствовала пасмурным небесам Улланора.

— Я не жалею, — ответил он. — Но могу сожалеть, что только некоторые из нас снискали благосклонность отца.

Сангвиний невозмутимо отпил вина из бокала.

— Брат, тебе следовало порадоваться за Гора.

— С чего бы это? — язвительно спросил Мортарион. — Потому что его нашли первым? И он дольше всех командовал своим Легионом? Будь на Хтонии ты или я, сейчас мы могли быть на его месте.

Фулгрим фыркнул.

— Говори за себя. Должность магистра войны — это не только награда.

Сангвиний засмеялся.

— Ни слова о твоей палатинской аквиле, брат. Это только усилит его ревность.

— Я не ревную — ни к Гору, ни к тебе, — буркнул Мортарион, не обратив внимания на веселье в голосе Сангвиния. — Ты не понимаешь проблему.

Фулгрим наклонился вперед, сжав длинные руки.

— Какую?

— Пока Он возглавлял нас, — пояснил Мортарион, — мы сражались ради одного Его взгляда или жеста. Это было приемлемо, потому что никто из нас Ему не соперник. Ничто в галактике с Ним не сравнится. Теперь мы будем сражаться за расположение Гора, но не он создал все это. Он всего лишь один из нас. Это приведет к проблемам.

Фулгрим бросил снисходительный взгляд на Сангвиния.

— Он ревнует.

Хан покачал головой. Фулгрим мог быть раздражающе глупым.

— Нет, он верно говорит. Этого не должно было случиться.

Сангвиний задумчиво посмотрел на Хана.

— Я думал, что из всех нас ты будешь рад за Гора.

Хан пожал плечами.

— Он — лучший из нас, я не завидую, и говорил ему об этом. Но этого не должно было случиться.

— Так это должен был быть ты? — едко спросил Фулгрим. Мортарион снова фыркнул, но Сангвиний промолчал.

— Я бы не принял должность, — ответил Хан.

— Конечно же, принял бы, — возразил Фулгрим.

Хан покачал головой.

— Мне не нужен еще один титул. Достаточно того, что дает мой народ.

Сангвиний улыбнулся.

— Мой брат, думаю, из всех нас ты самый загадочный. Я знаю, чего хочет Рогал, то же могу сказать о Робауте, но даже спустя столько лет понятия не имею, чего хочешь ты.

— Он хочет быть один, — ответил Фулгрим. — Отправиться к звездам и охотиться на ксеносов на этих восхитительных гравициклах.