|
И он был прав.
Вдруг то, что мы принимали за металл пошло рябью. Как будто ветром по воде подуло. Очень медленно. Едва. Мох на потолке качнулся. Пыль ссыпалась с уступа. Мелкие камешки дрогнули.
Заг поднял оружие:
— Командир…
— Вижу, — сказал я, сосредоточившись на показаниях сканеров. Они показывали ноль. Абсолютный ноль. Но вибрация проходила по стенам как пульс — бум… пауза… бум… пауза…
Баха присел, приложил сканер к открытой металлической пластине.
— Командир… — голос у него был тихий, усталый. — Поздравляю. Капсула… похоже активируется.
Вдруг мой имплантат вывел на визор шлема новую информацию, от которой волосы на моей голове встали дыбом. Там было:
СТРУКТУРА: AUX-ГНЕЗДО
СТАТУС: ПРОБУЖДЕНИЕ (1%)
ПУЛЬС: СТАБ.
ВНЕШНИЙ СИГНАЛ: ИНТЕРПРЕТИРУЕТСЯ
— Что за черт⁈ Как это возможно⁈ — Невольно вырвалось у меня.
— Что значит «интерпретируется»? — спросила Кира.
— Это значит, — Баха провёл рукой по шлему, — что капсула слышит нас. Не буквально. Но она пытается распознать любой внешней раздражитель как команду.
— И какая команда? — спросил Заг.
— Не знаю, — сказал Баха. — Может что-то хочет выйти наружу.
Меня пробило холодом.
— И что внутри? — спросил я.
— Не знаю, — повторил Баха. — Личинка. Узел. Сегмент биокора. Или даже… эмбрион.
Кира тихо пробормотала:
— Нам пипец, да?
Камень завибрировал. Мох дрожал. Кира подняла излучатель. Баха побледнел.
— Это в глубине.
Я посмотрел на трещину, уходящую вверх. На стену. На камень. На вибрацию, что шла, будто сердце острова билось сильнее. Требовалось принимать решение, срочно!
— Все к выходу!
Никто не спорил, все мгновенно выполнили команду. Когда звучание из глубины усилилось, мы начали отходить к верхнему тоннелю. Остров буквально «дышал» под ногами — не сильно, но достаточно, чтобы каждый шаг ощущался, будто идёшь по мембране, а не по камню. У самого подъёма Заг подошёл ко мне:
— Командир, я не хочу этого говорить, но… надо бы убрать тебя с передовой позиции. И вообще, нужно полностью отключить твой скафандр!
— Причина? — спросил я, чувствуя, что он прав, но не желая признавать.
— Я думаю всё это на тебе завязано. Ты просканировал капсулу сканерами своего скафандра, и она отреагировала. А ты у нас вообще самый громкий.
Он показал на мои показатели на сети: импульсы скафандра, усиленный интерфейс, командный канал…
— Если капсула ловит сигналы… она меня, Баху или Киру может и не заметить. А тебя — уже засекла.
Баха остановился и задумчиво посмотрел в сторону капсулы:
— Он прав. Капсула скорее всего реагирует как интерфейс. Она может считывать импульсы. Командир — единственный, у кого есть полный набор командных протоколов. Это только теория конечно, и тем не менее я с Загом согласен, не нужно рисковать. Давай оставим твой штурмовой комплекс возле этой фигни, пусть она с ним развлекается, а мы по-тихому смотаемся отсюда нафиг!
— Чёрт! — Выругался я — Хорошо. Возвращаемся!
Мы быстро вернулись назад. Я выключил контур питания скафандра, и покинул штурмовой комплекс, оставшись только в служебном комбинезоне. Ручной излучатель занял свое место на моем поясе, туда же перекочевала и аптечка с виброножом. Сейчас я чествовал себя практически голым.
Зря я вернулся и снял скафандр. Очень зря.
Когда я заканчивал перевешивать оборудование, стена рядом с капсулой… подалась. Не сильно, не резко — как будто мембрана дала обратную волну. |