– Знаете испанский?

    – Лучше английского.

    – Где изучали?

    – Далеко… Прищурившись, Каргин продекламировал:

    Там земля, где кактусы и агавы высятся, как органы в храмах зеленых, где

    Прозрачны своды, где воедино слиты воздух, вода и солнце, где стираются от

    Следов сандалий и уходят в сторону вдруг дороги; километры и лиги, пустившись в

    Бегство, без следа в глуши лесной пропадают [5] .

    Это было написано о Мексике, но к Никарагуа подходило ничуть не меньше.

    Благозвучная испанская речь журчала словно Гва-далквивир в тенистых зеленых берегах. Арада уже не глядел в небеса, а слушал с полузакрытыми глазами. Его высокомерное лицо смягчилось.

    – В самом деле, далековато… далеко и не похоже на Аргентину… Аргентина – это степи, пастбища и стада…– он поднял веки и, будто подчеркивая, что лирические отступления завершены, перешел на английский:

    – Хотите поговорить, Керк?

    – Хочу спросить. Насчет замка на двери в бункер… Код когда-нибудь меняли?

    – Каждый месяц, в целях безопасности. Этим занимался Спайдер.

    Определенного дня не было, иногда он вводил новый шифр в первую неделю, иногда – в последнюю. Затем в течение двух-трех часов сообщал комбинацию мне и мистеру Квини.

    – Квини – это дворецкий? Тот, который сейчас на материке?

    – Да. Шифр знали только мы – Спайдер, я и Квини. Возможно, Спайдер сменил его поздним вечером и не удосужился мне сообщить? Возможно… Он человек аккуратный, но, клянусь Девой Марией, это самая разумная гипотеза. Да, самая разумная, если не предаваться фантазиям…– холодные глаза Арады вдруг сверкнули, он снова покосился на безоблачное небо и заметил:

    – Впрочем, случилась более странная вещь… Ему хотелось что-то добавить, но Каргин перебил:

    – Выходит, босса… я имею в виду мистера Халлорана… не информировали о новой комбинации? И сам он не мог открыть дверь?

    Арада отрицательно покачал головой.

    – Я этого не утверждаю. Учтите, запирающее устройство – довольно сложный механизм. Масса электроники, распознающие системы и бог ведает, что еще… я в этом не специалист… Можно открыть, набрав двенадцатизначную комбинацию – ее-то Спайдер и менял. Можно открыть иначе… не знаю как, но думаю, паролем высшего приоритета. Он был известен только сеньору Патрику.

    "Похоже на правду”, – решил Каргин и с нарочитой небрежностью поинтересовался:

    – А что с другими дверями? С теми, которые ведут из убежища в кратер?

    – Там все проще. Только внутренние замки, очень надежные, однако без хитростей. Это запасные выходы. Так, на крайний случай…

    – Сколько их? И где они?

    – Пять… или, кажется, шесть… Один у свалки, другие…– на лице аргентинца отразилось раздумье. – Не помню. Такие вопросы находились в компетенции Спайдера. Сам я редко посещал убежище. Что мне там делать?

    "И верно – что? – согласился Каргин, вставая. – Ядерная война еще не началась… Дай бог, и не начнется”.

    Арада поднял голову, дернул его за рукав.