"Как бы за ними следом не отправиться, – размышлял Каргин, поспешно пробираясь среди мохнатых пальмовых стволов. – Вот связался с миллиардерской семейкой!.. Сплошные “разборки” да дележи, и что ни дележ, так подстава… В поганые влез дела!”

    Дела и правда были погаными, хуже, чем в Легионе. Там приходилось делать работу грязную и кровавую, но Легион своих не предавал – во всяком случае, друг другу в спину легионеры не стреляли и не устраивали на соратников засад. А тут у Каргина рождалось ощущение, будто его выставляют паяцем, манипулируют им так и этак, навязывают в партнеры то содержателя цирка, то фокусника или метателей ножей, то пару соблазнительных красоток или шута, которому лишь идиотов играть. Шут, впрочем, уже доигрался, зато остались красотка и фокусник.

    "Гриф” опередил его минут на тридцать, и когда Каргин вылез из пальмовой рощи, машина уже висела над осыпью, сверкая фасеточным оком пилотской кабины. Фигурок в черном видно не было; они, похоже, крались сейчас между камней, подбирались к пещере или достигли ее и высматривали, куда подевались мсье Умберто с рыжеволосой сеньоритой. Каргин надеялся, что осторожность Хью не изменила: услышав вертолетный гул, он мог сообразить, что договор нарушен и в пещере от солдат не спрячешься. Но в Хаосе хватало и других укрытий, так что референт и Нэнси могли сейчас лежать в каком-нибудь овраге, под защитой кустов и кактусов. Это было надежнее, чем полагаться на договоры с Кренной. Из них бельгиец признавал лишь те, что подкреплялись финансами, и, будучи личностью пунктуальной, старался выполнить их от первой буквы до последней точки. Сказано, зачистить остров – значит, будет сделано. Без всяких исключений для мсье Арады и сеньориты Мэри-Энн.

    Увидев “помело”, Каргин свалился в ближайшую канаву, сорвал с плеча винтовку, и в этот миг заверещала рация.

    – Поймали твою сеньориту, – сообщил майор. – Пирелли расстарался… Помнишь такого? Сицилийца?

    – Помню, – откликнулся Каргин. – Жмот. Вечно бозумским потаскухам недоплачивал.

    – Не жмот, а экономный парень. Крайне экономный! Теперь вот интересуется, сразу красотку кончать, или можно немного развлечься? Хороший товар, говорит, пропадает… Я велел, чтоб дожидался тебя. Ты ведь придешь, не так ли? Только поторопись – Пирелли уж очень не терпится.

    – Ах ты, вошь бельгийская!.. – рыкнул Каргин, добавив пару крепких выражений. Родной армейский лексикон был крут – рация крякнула, захрипела, но выдержала. Как, впрочем, и майор. Он лишь заметил:

    – Общайся на нормальном языке, не на своем тарабарском болгарском.

    – Я не болгарин.

    – А кто? – Кренна явно забавлялся. – Ну, так придешь взглянуть?

    – В другой раз, – пообещал Каргин.

    – Придешь! Вы, славяне, так сентиментальны… Думаю, ты уже на месте.

    Гормана разглядел?

    Приподнявшись, Каргин покосился на вертолет, неторопливо круживший над осыпью, и буркнул:

    – Что-то в воздухе мельтешит…

    – Вот и отлично! Ты тоже имеешь шанс поразвлечься, хоть не с такой приятностью, как Пирелли.