|
В таком случае работников тоже придется учитывать.
— Мы хотим победить иль-роннианцев, убедиться, что Установлена справедливая система социального устройства, и вернуться домой. Как вам это?
— Высказано откровенно, — задумчиво ответил Пак-7. — Благодарю вас.
— Какого рода «справедливую систему социального устройства» вы подразумеваете? — спросила Дос-4, невысокая по сравнению с другими умными, и довольно привлекательная.
Ландо прикинулся смущенным.
— Было бы дерзко с нашей стороны советовать вам, как организовать ваше общество, — пожал он плечами.
— Неужели? — фыркнул Пак-7. — А мне показалось, что именно это вы и делаете.
Дрю-21 вытянул руку:
— Пожалуйста, не забудьте, что Пик Ландо — почетный гость. По моим наблюдениям, то, что нам иногда кажется уклончивостью, люди называют тактом.
Ландо поклонился в сторону Дрю-21.
— Дрю-21 прав… Но мы можем быть и уклончивы. Может быть, поэтому у нас есть поговорка «честный вопрос заслуживает честного ответа». Мы понимаем исторические и даже генетические причины именно такой организации вашего общества, но не можем не думать о будущем. Если иль-роннианцы потерпят поражение, очень, кстати, маловероятное «если», что будут делать работники?
— Примерно то же, что делают сейчас, — осветила Зира-12.
— Да? — переспросил Ландо, оглядывая комнату. Постепенно, сам не замечая того, он становился все более и более воинственным. А теперь, осознав это, он не испытывал желания отступить. — Давайте посмотрим правде в глаза. Вы умнее их. Поэтому вы и пригласили меня сюда. Им никогда и в голову не придет заключить тайный союз. Что мешает вам заменить для них Повелителей? Поработить их так же, как порабощены вы?
— Бог этого не допустит, — неуверенно ответил Пак-7, глядя в стол.
— Очень интересно, — заметил Ландо, подаваясь вперед. — Давайте поговорим о Боге. Он сейчас нас слышит?
Дрю-21 почувствовал себя очень неловко. Бог не мог их слышать — об этом они позаботились. Эта встреча была ошибкой — человек взял над ними верх. Сейчас Дрю-21 понял это, но оказалось слишком поздно.
— Не может, не так ли? — продолжал Ландо, кивнув. — И вы сами так сделали. Так что оставьте свое «Бог не допустит» для кого-нибудь другого. Если вы можете блокировать эту комнату от Бога, вы можете и стать хозяевами на планете, — молодой человек поднялся на ноги. Он разозлился и решил этого не скрывать. — Не понимаете? Повелители поработили ваши гены, ваши воспоминания, ваш мозг. Потом, когда вы им стали не нужны, они отправили других рабов убить вас. Каждый из вас родился с воспоминаниями об этой ночи. Потом власть над вами взяла машина, которую вы называете «Бог». Тысячи лет она говорила вам, что делать, и вы делали. А ради чего? Ради вас самих? Или ради тех, кто создал вас и запрограммировал вашего Бога? На случай, если они вернутся… Потом появились иль-роннианцы. Они обратили в рабство всех. Вы попытались примириться с ними, обнаружили, что не получается, и решили бороться. То есть работники будут бороться, а вы потом примажетесь к победе. Теперь же, когда война еще не начата, не то что не выиграна, вы плетете заговоры, чтобы властвовать над работниками.
Пак-7 вскочил. Он тоже был зол.
— Что за разговоры о порабощении? Работники не такие умные, как мы! Ты сам это сказал! Они, как дети, ждут от нас руководства и указаний. Мы планируем сельскохозяйственные работы так, чтобы они не голодали, мы заботимся о том, чтобы у них была одежда, мы лечим их, когда они болеют. |