Дети, да и вся деревня ничем не отличались от тех, что он уже видел ранее. Здания на вершине, домишки по склонам холма, извилистые улицы, бегущие вниз, в долину.

Капитан огляделся. Было еще рано, и большая часть столов пустовала. Хорошо, значит, вся пивная принадлежит ему.

Они с Мелиссой были в пути не то пять, не то шесть дней. Передвигались они по ночам, а днем смешивались с местными жителями и отвечали на одни и те же вопросы: «Откуда вы?», «А как это?», «Как вы сюда попали?». Капитан решил, что этого достаточно, чтобы выпить. Он поднял кружку и сделал очередной глоток похожего на пиво напитка.

Поводом для их путешествия была идея организовать поддержку движению сопротивления, поднять боевой дух и навербовать солдат. Так, по крайней мере, сказал Ландо.

Правда была немного иной. Капитан решил, что истинная цель путешествия — убрать его с дороги, заодно обезопасить Мелиссу, и уж потом — завести дружбу с местным населением.

— Эй, люди! Тут никаких зубов и никаких хвостов!

Мелиссу конструкты любили. Она глянула на отца, чтобы убедиться, что он смотрит. Он кивнул, и она прошлась колесом, на что ее товарищи по играм взирали с восхищением.

Капитан усмехнулся и шутливо отсалютовал ей кружкой. Мелисса — единственное, что у него получилось хорошо, а ведь он зачал ее, когда был изрядно пьян.

Вдали послышался шум, точнее, отрывистые шумы, но капитан, погруженный в свои мысли, не захотел обратить на них внимания.

В конце концов, он заслужил немного отдыха, таская свою задницу из деревни в деревню день за днем, выставляя себя напоказ, как идиот в каком-нибудь глупом шоу, разве нет?

Но шум не утихал, а становился все громче. Да что там такое? Здесь не может быть вертолетов — это место лежит в стороне от интересов Иль-Ронна, так ему сказали.

Потом вдруг послышались выстрелы вертолетной пушки, на капитана посыпался мусор от взрыва снаряда, упавшего в пятнадцати футах от него. Над головой промелькнула тень.

Разведка боем! Илъ-роннианцы пытались выманить повстанцев на открытое пространство, да дело в том, что тут их не было. Пока еще.

Капитан, качаясь, поднялся. Конструкты с криками разбегались во все стороны.

Рядом с ним появилась их проводница, работница по имени Лана-8. Она несла транслятор.

— Капитан Соренсон! Скажите, что нам делать!

У капитана закружилась голова. Нет, это задача для того, кто потрезвее. Он вспомнил аварийные сирены на «Звезде Империи» и людей, которые умирали вокруг него, с отчаянием спрашивая, что им делать. Он тогда решил проблему тем, что впал в бессознательное состояние, а решения принимал кто-то другой. Жаль, что это сейчас не получится. К несчастью, он трезв, то есть не настолько пьян, чтобы отключиться.

Мелисса подбежала к нему. Она выглядела встревоженной, как выглядит мать, когда ее ребенок в опасности, так, как должен бы выглядеть он.

— Папа, бежим! Он повторил за ней:

— Бегите! Спрячьтесь в полях! Возьмите с собой мою дочь!

Лана-8 всю жизнь исполняла приказы. Она схватила Мелиссу за руку и побежала.

— Нет! — закричала Мелисса. — Пустите меня! Папа! — но все было бесполезно. Лане-8 невозможно было сопротивляться, и Мелисса вынужденно последовала за ней.

Капитан смотрел, как уводят его дочь, а она плачет и пытается вырваться, и ему хотелось догнать ее, обнять, сказать ей, как он ее любит.

Но время вышло. Почти все оно было потрачено впустую, на ничего не значащие вещи, на так и не выполненные обещания, не исполненные обязательства.

Капитан повернулся и пошел в центр площади.