|
«Слизень» — да не один, три штуки! — Старик, давно умершие сталкеры Краб и Шалун, тело Стаса на лавке в Логове… Стас убил Шепелявого, так утверждал Старик. Убил, чтобы ограбить по наводке Филина. Брат не знал, что у Шепелявого «слизень», артефакт «ментала», к которому они когда-то пытались прорваться. Но Стас ведь не убийца, никогда им не был, это он, Тимур, чужие жизни не бережет, не научила его такому Зона, а Стас всегда был, как это называется… пацифистом? Нет, гуманистом. Добряком, говоря простыми словами. Ну, в той мере, в какой это возможно, когда живешь в Зоне. Филин, наверное, просто приказал ему ограбить Шепелявого и забрать всё, что у того при себе было. А Шепелявый стал защищаться, и Стас случайно его грохнул. В драке. А потом увидел «слизень», и тогда вера в то, что «ментал» исцелит его, снова проснулась. Что же это за «ментал» такой? Что за артефакты он порождает, почему Старик так странно сказал тогда — они с Крабом и Шалуном оторвали их? А ещё Курильщик и секретная лаборатория НИИЧАЗа. Там хранятся два артефакта, их надо срастить с третьим. Срастить! Некоторые умеют делать из артефактов сборки, но никто никогда не сращивал их. До «Берлоги» Курильщика отсюда не очень далеко, но как забрать у него «слизень»? Курильщик с виду этакий добродушный мужик, щечки круглые, лицо красное, глазки добрые — но на самом деле он жестокий и жадный. Ни в жизнь артефакт не отдаст. И охраны у него полно. А ещё Старик сказал, что ему нужно заснуть, вдруг невпопад вспомнил Тимур. Тогда Стас опять сможет связаться с ним и рассказать наконец, что к чему. Он изучил дорогу впереди, озаренную косыми лучами закатного солнца, и прислушался к себе. Спать не хотелось совсем. Скоро ночь, может, тогда… Ночь пройдет — и останется всего один день до конца срока, указанного в записке. Как за это время забрать артефакт у Курильщика, проникнуть в лабораторию НИИЧАЗа, выкрасть «слизень», а потом ещё и добраться до Могильника? Ведь тот за Тёмной долиной, да к нему несколько дней идти, если учесть скорость, которую обычно может развить человек в Зоне! Это просто нереально, то есть в принципе невозможно. Да и нужно оно тебе? Он уставился на «слизень», который, оказывается, достал из кармана. Даже развернуть успел и не заметил как. Нужно. Потому что чувство вины перед братом, которого он тогда бросил в Зоне, не отпускало его весь этот год. Оно было как червь, который гложет изнутри, медленно ползает по телу, жрёт, пропускает через себя, оставляя позади лишь какую-то коричневую пакость. Но Стас мёртв. А если нет? Да как такое возможно?! Ты же видел его тело, сердце в груди не билось. Но Старик сказал… Старик сказал… В руках тихо чвякнуло, Тимур поспешно завернул «слизень» в зеленуху, чтоб ненароком не раздавить его из-за всех этих переживаний, и спрятал в карман. Повесил за спину автомат, проверил магазин ГЛОКа, стал надевать на ремень пистолетную кобуру — и всё машинально, продолжая размышлять. Одно ясно: дело надо довести до конца. Добыть «слизни», срастить их, а потом… Потом видно будет. Может, сознание Стаса и правда внутри артефакта? Тимур уже почти верил в это. |
