— Что случилось? — все еще спокойным тоном спросил Шведский Всадник.

— Ты должен бежать! — повторил Брабантец. — Бежать немедленно! Барон Палачей идет по твоему следу!

Шведский Всадник равнодушно пожал плечами.

— Ты говоришь о милейшем фон Лильгенау? — спросил он с усмешкой. — Мы с ним знакомы. Он в любой момент может приходить в этот дом — я приму его как желанного гостя. Что он может знать обо мне?

— Пожалуй, ничего, — согласился Брабантец. — Но о банде святотатцев и ее атамане он знает все, потому что Рыжая Лиза, твоя козочка, перебежала на его сторону. Поэтому я и говорю тебе — спасайся!

— Христиан, — раздался вдруг сверху голос Марии-Агнеты. — Где ты? Мы тебя давно ждем! Господа уже ворчат, что ты, наверное, решил всю ночь обходить свои стойла.

Она отворила окно и теперь лежала на подоконнике, склонив к ним голову. Из комнаты слышались смеющиеся голоса.

— Милая, потерпи еще минуту, и я приду! — крикнул Шведский Всадник и обратился к Брабантцу: — Так что ты говорил о Рыжей Лизе?

— Это что, мадам Торнефельд? — вопросом на вопрос ответил Брабантец, вглядываясь через лорнет.

— Да, это моя жена, — ответил хозяин. — Самая лучшая, чистейшая и святая женщина на свете!

— Она прекрасна! Очаровательна! — прошептал Брабантец. — Тебе надо бы заказать ее портрет хорошему живописцу. Извинись за меня, что я не смог засвидетельствовать ей свое восхищение.

— Так что же натворила Рыжая Лиза? Говори скорее — меня ждут!

— Сплела для нас петлю, — сообщил Брабантец. — Рыжая стерва сошлась с капралом из драгун Барона Палачей, когда те стояли на квартирах в Швейднице, а потом выскочила за него замуж. С тех пор ее любовь к тебе обратилась в ненависть. Ее капрал еще совсем молод, и она хочет помочь ему продвинуться по службе. Ради этого она готова дать барону сведения о тебе и о всех прочих.

— А где он сам? Он все еще капитан драгун?

— Он был в Испании и Венгрии, а в последнее время служил в Вене. Однако я слышал, что он вот-вот приедет в Швейдниц и примет там полк. Он, видишь ли, дослужился до полковника. Так вот, Рыжая Лиза хвалится, что отдаст всех нас в его руки, чтобы добыть своему капралу офицерский патент. По ее словам, мы будем еще счастливы, если отделаемся огненными клеймами на лбу и галерами Его Величества. Бросай свой дом, атаман, и беги куда глаза глядят! Лучше всего за границу. Ты же знаешь, что такое женская месть.

Сумрачно сдвинув брови, Шведский Всадник смотрел на висевший над воротами фонарь.

— Да, это уже скверно! — заговорил он после долгой паузы. — Но, думаю, бывает и хуже. Почему я должен бежать? Лучше уж я останусь здесь. Она ничего не знает о том, как я жил все последние годы. Она будет искать меня на дорогах, в трактирах, на рынках — всюду, где собирается простонародье, — но не в дворянском имении.

— Атаман! — отозвался Брабантец. — Ты меня удивляешь. Ты что, оставил свое прошлое где-нибудь в Ост-Индии? Рыжая Лиза хорошо знает, где тебя искать. Разве ты не повторял ей тысячу раз на дню, что будешь искать дворянской чести? А когда ты бредил в жару и она обтирала тебе лоб ледяной водой с уксусом, разве ты не распекал слуг со служанками, называя их бездельниками и ворьем и угрожая, что они поплатятся за все своей шкурой, как только ты возьмешь имение в свои руки? Рыжая Лиза сама сказала мне в тот день, когда мы расходились, что тебя следует искать в каком-нибудь дворянском имении.