Руки Раза замерли, а затем спустились ниже, рисуя линию по лбу, щеке и наконец достигли только и ждущих того мягких губ. Вэл приподняла голову, втянула указательный палец Ра в рот, провела по нему горячим языком, а затем чуть куснула за кончик, чувствуя легкую солоноватость кожи.

– Прекращай, – глухо произнес Раза, когда Вэл перестала мучить его палец и коснулась губами кожи на плоском твердом животе. Губы заскользили выше, язык тронул коричневый сосок, облизал выступающие ключицы, а затем ее пронзительно-голубые глаза встретились с темными, почти черными глазами Раза.

– Ты сказал, что я твоя, – шепнула Вэл в чуть приоткрытые губы Ра. Мягко дотронулась до уголка рта, высунула мокрый горячий язык, дразняще провела им по нижней губе мужчины и прикрыла веки. Раза, выдохнув, положил ладонь на темноволосый затылок, с силой прижимая рот Вэл к своим губам.

Вэл задрожала от охватившего низ живота пламени. Между сжатых бедер стало нестерпимо влажно; ее руки обняли Раза за плечи, поглаживая обжигающе горячую кожу.

«Она и вправду как бархат», – мелькнуло в голове Вэл, а затем ее лопатки коснулись мягких шкур кровати.

Она задохнулась от охватившей ее страсти, с немым ужасом понимая, что никогда не испытывала такого наслаждения от простого поцелуя.

Как часто Вэл, захмелев от собственной дерзости, впивалась ртом в губы случайного парня, практически ничего не чувствуя от чужого влажного рта, но никогда так сильно не теряла голову, ощущая на себе тяжесть крепкого мужского тела.

Пальцы Раза скользнули по ее животу, дернули ремень потрепанных штанов, проникая ниже. Вэл тихо застонала, когда ладонь Раза мягко погладила по ткани нижнего белья: нежное, полное ласки движение, сорвавшее стон с ее полураскрытых губ.

Сердце едва не выпрыгнуло из груди, когда Раза уверенным движением отодвинул ткань, дотрагиваясь до чувствительных, истекающих влагой губ. Задвигал кистью, чуть касаясь клитора. Дразняще медленно, невыносимо, возбуждающе до боли.

Вэл выгнулась в пояснице, подставляя бедра навстречу движениям Раза.

– Тихо ты, Кролик, – горячее дыхание мужчины коснулось уха Вэл, – тихо…

Вэл впилась зубами в его шею, приглушая собственные стоны. Ладони скользили по широкой спине, с силой прижимая мужчину к себе.

Пальцы проникли глубже, и Вэл сдавленно заскулила, кусая губы.

– Я… – шепнула Вэл, чувствуя, что еще немного, и умелые руки Раза завершат начатое, – я…

– Молчи. – Горячие губы впились в рот девушки, влажный язык проник внутрь.

Настойка ли была тому виной или сам Раза, но до края оставался всего один маленький шажок.

Пряди длинных волос заскользили по шее и плечам, Вэл выгнулась сильнее, не сдерживая стона; чужой язык ласкал ее рот, нежные пальцы оглаживали между мокрых бедер.

Сумасшествие. Незнакомое прежде чувство за все ее девятнадцать лет жизни. Неожиданно для самой себя, избегающей случайных связей как огня. Невероятно.

Вэл, казалось, растворилась в ощущениях ласкающих ее рук и губ, как нахлынувшая волна наслаждения смела все разрозненные мысли.

Раза замер, его ладонь поднялась вверх, нежно погладила по груди почти невинным движением, а затем он приподнялся на руках, отстраняясь от тяжело дышавшей Вэл.

– Стой, – пальцы Вэл сомкнулись на запястье мужчины, – ты…

– Ложись спать, ты выпила слишком много, – отрезал Раза, высвобождая свою руку, поднимаясь с импровизированного ложа и направляясь к выходу из шатра.

– Ра, почему ты уходишь? – чувствуя себя обманутой и отчего-то очень грязной, тихо произнесла Вэл.

– Я же сказал, ложись спать.