— Как чего, запасы надо пополнить. Тут за вокзалом складов не меряно, патронов, сигарет, консервов всяких. Хоть консервы и не положено, мы с истопником их в городах потом на водку и пельмени меняем. Кстати, и водка в складах встречается. Одно плохо — опасное дело, у меня знакомый машинист был, Капитоныч, так его дикие мужики… Прямо на глазах у пассажиров то и это самое, растерзали. Ну ладно, кончаем разговоры разговаривать. Ты, Тихон, пожалуй, с нами пойдешь, остальные — куда кто хочет, возвращаемся через полтора часа. Ждать не будем.

Пассажиры торопливо пошли за ружьями в свои купе. Тихон впервые за поездку подумал, что не знает, где его лыжи, спросил и ему подсказали — лыжи все казенные и выдаются на выходе из первого вагона. Прихватив двустволку и бутылку водки для согреву, инженер вернулся в первый вагон. Машинист с помощником в этот момент как раз вытаскивали из кладовки большие санки.

— Ну что, готов? — спросил машинист.

— Ага, — отозвался Тихон и, услышав шаги за спиной, обернулся.

В проходе стоял Теодорыч, вооруженный старинным пистолет-пулеметом с большим дисковым магазином. Было непонятно, как столь хилый человек управляется с таким достаточно тяжелым оружием.

— Господа… — несмело сказал ученый, потом, увидев недовольство окружающих, поправился. — Мужики, можно я с вами пойду? Не терпится посмотреть на заброшенный город, может, там я найду новые доказательства своей теории, и более того, смогу…

— Пусть идет, — прервал его Леонидыч и пригладил усы. — Только учти, много припасов мы тебе не дадим. Водки на поездку мало выделяется, всего двести литров, приходится вот пополнять.

Когда санки были вытащены и поставлены на сугроб, все четверо поочередно надели лыжи и вышли из вагона. Тихон покинул поезд последним и, повернувшись, впервые оглядел его.

Грязный, длинный серо-зеленый локомотив с двуглавым медведем и пять перекошенных вагонов выглядели совсем одиноко среди пустынных снежных просторов брошенного города. Сверху, над локомотивом, виднелось дуло какого-то большого орудия. «Иначе нельзя, — подумал Тихон. — По таким землям глухим путь пролегает, что ехать небезопасно, без орудия никуда».

— Ну, ты что глазеешь, танковых пулеметов не видел? Идешь с нами, али как? — спросил Леонидыч, заметно отдалившийся от поезда. — Нам вдвоем сложно будет управиться, а ученого я не считаю.

— Ага, сейчас, — Тихон поправил шапку, ремень двустволки и направился вслед за тремя мужиками.

Здание местного вокзала было заметно больше того, что был в Сибирске, и был не деревянным, а кирпичным. Его фасад со шпилем возвышался над путями, как бы напоминаная о былом величии старой, еще не мутировавшей Сибири. Сквозь снежные вихри просматривалась большая надпись «ОМСК» на фасаде, но Тихон подумал, что это может быть и Томск — в случае, если первая буква отвалилась. Прямо над шпилем висела луна, казавшаяся глазом какого-то чудовища. Со стороны города, издалека, слышался волчий вой.

Леонидыч направил группу вдоль полотна, затем обогнул здание вокзала и скатился с крутой горки на старую улицу.

— Разрешите спросить, далеко ли еще? — послышался голос Теодорыча.

— Решил с нами идти, так не спрашивай, — буркнул Леонидыч. — Лучше на вот, санки тащи.

Улица, казалось, идет в темную бесконечность — такой длинной она была. Единственным источником света были луна и звезды, глаза Тихона уже привыкли к темноте, и он с любопытством рассматривал здания брошенного города. Первые этажи были наполовину засыпаны снегом, кое-где остались вывески с надписями «ПРОДУКТЫ», «ВОДКА», «РУЖЬЯ». На одном здании сверху Тихон различил большую надпись «ВПЕРЕД К СВЕТЛОМУ БУДУЩЕМУ» и подумал, что сейчас уже такая надпись не актуальна.