- Может тогда пошли туда, где безопасно?

 - Тут нигде не безопасно.

 - И почему же? - спросила она, уже начиная выходить из себя, но всё равно продолжала говорить вежливо и даже улыбалась.

 - Лина, дорогая, тут много опасных хищников, ты же не хочешь лишиться своей прелестной ножки? - ответил он и притянул её к себе, гладя по ноге, которую могли бы откусить.

 - Ну а можно мне хотя бы принести воды, чтобы умыться? - уже капризно спросила она и скривила губы, показывая своё отношение к этой неприятной ситуации.

 - Это можно.

 Через час лагерь уже был обустроен, ужин готовился, а Лина пыталась умыться и смыть с тела дорожную пыль, довольствуясь лишь корытом воды, и недовольно ворчала себе под нос разные ругательства. А ещё через полчаса она, наконец, была сытой, и относительно чистой и свежей. Переоделась в длинное белое платье и легла на кровать, закрыв глаза.

 На следующий день

 Боль пронизывала каждую клеточку, отзываясь звоном во всём теле, и каждый вздох давался с невероятным усилием, а глаза отказывались открываться. Лина попыталась пошевелить рукой, но она не слушалась её. Думать было тяжело, практически невозможно, и откинув бесполезные чувства и боль, она сосредоточилась на своих ощущениях пространства.

 Тело явно в вертикальном положении, руки подняты наверх. Ага... Я вешу на этих руках, по этому их и не чувствую, они онемели. Просто замечательно.

 "Хозяйка, похоже, мы опять куда-то вляпались" - кричало подсознание, и Лина была с ним полностью согласна. Через силу всё-таки разлепила веки и поняла, что была права, - она подвешена к потолку, а ноги едва касались пола. Не самое лучшее положение, но просканировав своё состояние организма, поняла, что кроме онемевших рук повреждений существенных не было, только ушибы. Уже хорошо.

 Немного придя в себя, осмотрелась и обнаружила себя в странном помещении, не каменном... доски? И всё качается. Корабль, в этом не было сомнения. Этого ещё не хватало, её похитили и куда-то везут. Рядом никого не было, и только где-то недалеко слышались звуки моря.

 Комнатка была совсем небольшой, с двумя лежаками по углам, и очень похожа на ту, на военном корабле Агатона, в которой она и Максимилианом спали, когда плыли в Византий. Эта мысль пошла холодной волной, отрезвляя - Максимилиан!

 - Афина, - тихо позвала Лина богиню. - Афина. Я знаю, ты меня слышишь, передай Максимилиану, что я в порядке, пожалуйста.

 У неё сердце разрывалось от мысли, как там сейчас её муж, он наверно был в бешенстве. Искал, волновался... И Лине никогда в жизни не хотелось так плакать и кричать, как сейчас, но она не могла себе этого позволить и терпела изо всех сил. В такой ситуации расслабиться, значит умереть.

 - Афина, Арес, пожалуйста, мне не нужно помогать, помогите Максимилиану, сказала она, и перед ней вспыхнул белый свет, в котором появилась Афина в белом струящемся платье с пронзительно зелёными глазами и, как всегда, божественно прекрасна.

 Она виновато скривила губы и жалостливо посмотрела на девушку перед собой.

 "Ненавижу этот её взгляд", - гневно подумала Лина.

 - Дорогая, прости, но это было необходимо. Твоё задание убить персидского царя, - прямо так сразу, без предисловий, сказала она.

 "Ну, конечно же, не просто так же меня похитили и посадили на корабль. Осталось выяснить детали".

 - Меня везут к нему?

 - Да.

 - Хорошо. Афина, как там Максимилиан? - спросила Лина. У неё стоял липкий слезливый ком в горле, и она не могла нормально говорить. Такое сильное беспокойство о муже было слишком болезненно и непривычно для неё, а как только что выяснилось, она на задании, которое нужно не просто выполнить, но и не умереть, по возможности.