Пирс откинулся на спинку стула.

– Не знаю, представляет ли это какую-то важность, но я знаю, что имени одной женщины, которая была в ту ночь в галерее, нет в списке.

Таддеус поднял голову.

– Кто же она?

– Любовница Делбриджа, – ответил Пирс. – Я видел их вдвоем в театре. Нас не представили друг другу, но я заметил, что она очень красива. Никто толком ничего о ней не знает. Но слухи ходят разные.

– Какие еще слухи? – поинтересовалась Леона.

– Говорят, что когда-то она была актрисой, – ответил Пирс. – Вдобавок к этому я слышал, что она не особо верна Делбриджу.

Леона взглянула на Таддеуса.

– Та женщина, труп которой мы нашли в галерее, скорее всего пришла туда на свидание, – заметила она.

– Я слышал, что любовница Делбриджа, находясь под его протекцией, заводила себе немало мелких связей на стороне. И все эти связи были с джентльменами, которые коллекционировали предметы старины.

Таддеус посмотрел на Пирса.

– Ага, а Делбридж так и норовит украсть те реликты, купить которые он по разным причинам не может, – сказал он. – Вот интересно, не было ли у него привычки использовать любовницу для того, чтобы та каким-то образом могла получать доступ к коллекциям его соперников?..

– Что ж, это не было бы первым случаем в истории, когда мужчина использует женщину, чтобы получить желаемое, – вымолвил Пирс.

– Кстати, Делбридж мог и не посылать ей официального приглашения на вечер, потому что он собирался привезти ее к себе в дом лично, – сказала Леона.

– Есть и другой вариант, – спокойно проговорил Таддеус. – Ее имя могли не включить в список намеренно, потому что Делбриджу было известно, что эту ночь она не переживет. В случае расследования он бы не хотел, чтобы в руках полиции оказался официальный документ, свидетельствующий о том, что убитая в ту ночь побывала в его особняке.

Через непродолжительное время они ушли из дома Пирса. Наемный экипаж ожидал их на улице. Таддеус подсадил Леону, при этом юбки ее фиолетового платья прошелестели по его руке. И он успел разглядеть ее соблазнительную стройную ножку в чулке, прежде чем она исчезла в вихре кружев нижней юбки. Ему вспомнилась недавняя сцена в оранжерее, и по его телу пробежала дрожь, все его чувства вмиг обострились.

Забравшись в кеб следом за Леоной, Таддеус закрыл дверь и уселся на сиденье напротив нее.

– Могу понять, почему женщины находят удобным и допустимым время от времени переодеваться в мужской костюм, – заметил он. – Но должен сказать, что, с точки зрения мужчины, нет ничего более волнующего, чем вид женщины в платье.

Леона холодно улыбнулась.

– А вот с точки зрения женщины нет ничего более чудесного, чем возможность выбора, – промолвила она.

Экипаж тронулся. Таддеус оглянулся на внушительный городской особняк Пирса.

– У меня такое впечатление, что все женщины в доме Пирса отказались носить платья и нижние юбки и сделали выбор в пользу мужской одежды.

– Так ты заметил, что все слуги в доме – женщины? – спросила Леона. Она явно была в замешательстве.

– Да.

– Но как ты это разглядел?

Таддеус пожал плечами.

– Как только начинаешь сомневаться в очевидном, появляется желание заглянуть под поверхность того, что открыто взору, – ответил он.

Леона проследила за его взглядом, устремленным на дверь особняка.