— А что, я ничего, сдамся, я ведь пресса, репортеров обычно не трогают, — ответил Илая.

— А мы однажды репортера из Стредхольских Ведомостей заживо похоронили, — возразил Илаю Рей. — Репортеры очень наблюдательные. Их нельзя в живых оставлять.

— У моего отца в пыточных сгинуло минимум трое, — подал голос Ричард.

— Никто не любит репортеров, — подытожил Рей.

— Аааа… Ааааа… — Илая сел на палубу и разрыдался.

— Могу вам одолжить пистолет, — участливо предложил капитан.

— А кто выше может взлететь, вы или тот корабль? — Внезапно поинтересовался Рей, продолжая чистить винтовку.

— Мы быстрее набираем высоту. Но зачем это нам? Чего-то, способного пробить щиты у нас всё равно нет. А нам хватит орудий на оболочке.

— А если мы наберем высоту и попробуем, планируя набрать скорость? — продолжил спрашивать Салех, что-то прикидывая.

— То, о чем вы говорите, называется «Нырок» но нас после второго раза разнесут. Или просто придавят к земле. Этот маневр позволяет выиграть немного времени, но мы при всем желании не наберем достаточно скорости. У нас повреждена силовая установка. Этот маневр позволяет выиграть время. Но сомневаюсь, что тут предвидится подмога.

— Не страшно, достаточно чтобы мы были выше, в идеале над вражеским дирижаблем.

— Хорошо, я могу попробовать. Но зачем? — капитан с интересом взглянул на громилу, который, кажется, и не думал терять присутствие духа.

— Вы правильно заметили, про нас много в газетах пишут. И что газеты врут, тоже правильно сказали. Они ведь как врут: преуменьшают, канальи. Ричард, у меня есть одна идея! — громогласно закончил Рей.

— Что? — графеныш оглянулся. И наткнулся взглядом на взгляд душехранителя, полный веселья. — Нет, только не говори что…

Неуловимое движение и приклад Регины впечатывается в живот молодого аристократа, и вот уже рухнувшего Ричарда начинают споро связывать.

— Ричард у нас герой. Только стесняется очень. Сейчас он нас всех спасет. Страсть как любит всех спасать, на самом деле. Взлетайте, капитан, скорее. Двух попыток у нас не будет. Илая — Рей окликнул все еще пребывающего в ступоре репортера. — Метнись на камбуз, если там уцелело что-то спиртное, тащи сюда.

Элизабет начала набирать высоту. Стало тяжело дышать, и в какой-то момент курьерский дирижабль оказался над пиратским кораблем.

— Мы точно над ними! — прозвучал из ревуна голос капитана.

— Мистер Салех, вы очень хуевый душехранитель! — зло прошипел молодой аристократ.

В следующий момент Ричард Гринривер покинул борт дирижабля. Помогли ему в этом пол бутылки джина и пинок душехранителя. Графенышь грязно ругался, а в его руках всасывала свет и воздух черная сфера.

— Вы действительно душехранитель? — уточнил Илая, наводя камеру.

— Ага, все верно, — Рей вскинул винтовку, проверив прочность страховочных тросов.

— А почему вы тогда не дали парашют сэру Ричарду?

В этот момент падающее тело достигло светящегося щитами дирижабля. И провалилось сквозь них. И сквозь дирижабль тоже. Через три удара сердца раздался выстрел.

И щелчок затвора.

А потом пиратский дирижабль превратился в огненный шар.

Раскаленный снаряд из противослонопотамовой винтовки огненным росчерком прошел сквозь корпус, воспламеняя газ.

Спустя двадцать минут и шесть фотоснимков на палубу поднялся капитан.