В общем и целом «Барс» был готов к выполнению своей задачи, о чем Кауров и попытался доложить непосредственному начальнику, генерал-лейтенанту Борисову. Но получил неожиданный ответ, что Феликс покинул столицу, убыл из центрального офиса «Виртуса» в неизвестном направлении. Это было странным, мог бы руководитель операции и предупредить о своих маневрах. То, что Борисов убыл в район действия группировки Службы, было ясно.

Но куда именно? В Ашал? Баруль? Форог? Связи с ним не было, и это обстоятельство раздражало Каракурта, не только подчиненного, но и друга Борисова.

Так продолжалось до 9.00 следующего дня, 19 августа, когда его, Каурова, сидящего за картой района предстоящих действий, не окликнул от двери знакомый голос:

— Каракурт? Я, честно говоря, удивлен! Не ты ли от разного рода документов в штабе Службы нос воротил? Чего же сейчас уткнулся в бумаги, а не готовишь свой любимый «бизон» к работе по «духам»?

— Феликс? Фу ты, черт…

На пороге, одетый в форму подполковника пограничных войск, действительно стоял, улыбаясь, генерал Борисов. Он спросил:

— Не ждал начальника, старый вояка? Не просчитал моего появления у себя?

Кауров пробурчал:

— Тебя просчитаешь, пожалуй! И как убыл из Москвы, так ни от кого ни слуха, где конкретно находится руководитель операции, с чем отправился в тайный вояж, какие могут быть вводные, а главное, когда ждать их и ждать ли вообще? Специально, что ли, ввел группировку со штабом в непонятку?

Борисов присел за рабочий стол.

— Кончай гудеть, Стас! А то, что прибыл сюда инкогнито, то это объяснимо. Командир должен находиться там, где посчитает нужным, лишь бы это шло на пользу дела. А наши ребята в отрядах сейчас находятся в режиме длительного ожидания. Как бы не допустили расслабухи, а слух о том, что руководитель операции где-то рядом, возможно, возле их позиций, подстегнет бойцов. Не даст расслабиться. Так что считай мое поведение за некий психологический маневр.

Каракурт все так же недовольно проворчал:

— Тоже мне психолог, как будто офицеров наших не знаешь! Кто и когда, в каких бы условиях ни действовал, допускал слабость? Или нарушал режим состояния?

— И все же я поступил так, как поступил, и не надо обсуждать действия начальства, давай лучше по теме! Проанализируем обстановку. Что мы, Стас, имеем по всей операции «Цунами»? Форог, Караульский погранотряд и база под Ашалом взяты под контроль и по ходу акций, думаю, сюрпризов нам не преподнесут. Сейчас главное — твое направление! Работа за «речкой»! Проводники на той стороне Пянджа к вашему приему и дальнейшему сопровождению к объектам готовы и находятся на месте. Ждут начала акции. Все вроде идет нормально, по плану. Человек, ранее внедренный в окружение Вахтанга, доложил о том, что грузин о присутствии группировки спецназа в «Каменном мешке» информации не имеет и весь сосредоточен на организации перехода границы через Пяндж. Это все хорошо! Но… Каракурт, давай еще раз оценим обстановку на твоем участке. Может ли произойти сбой в процессе боевого применения групп «Барса»? И если да, то где это может произойти?

Кауров, посмотрев на друга, сказал:

— Феликс, а может, ну их к черту, все эти заморочки с анализами, оценками, предположениями? Сам прекрасно знаешь, что всего не просчитаешь и во время любой операции обстановка может кардинально измениться, и именно там, где этого меньше всего ожидаешь. Пойдем к целям, а там видно будет. За «бугром» многое сразу прояснится, а уж на выходе к объектам все вообще встанет на свои места. А гадать тут, за картой, толку-то? На ознакомительном этапе да, карта единственный помощник, но просчитывать по ней варианты возможного развития событий? Это грозит дня через три гарантированным срывом «крыши».