Грузин кивнул головой:

— Яхши, Бяшим! Ну, а мы с тобой пошли в дом, в кабинет, где и поговорим о делах насущных!

— Как скажете, хозяин!

Вахтанг прошел мимо Кураева в каменное здание-крепость, в мужскую его половину, отлично ориентируясь внутри дома.

Через несколько минут он уже сидел в кресле за большим столом. Это был, по сути, его кабинет. Кабинет, который редко, но посещал грузин. Поэтому и был он обставлен в европейском стиле в отличие от других комнат, где мебели практически не было. Только дорогие ковры, различного калибра разноцветные сундуки да низкие резные шкафы.

Следом в кабинет грузина вошел и владелец дома. Он присел на высокий стул, спросил:

— Не слишком ли вы беспечны, хозяин? Появляться в поселке на двух крутых иномарках, да еще Красного Креста! Это может привлечь внимание русских пограничников!

Вахтанг ответил встречным вопросом:

— Ты имеешь в виду их мобильные группы?

— Да!

Грузин махнул рукой:

— У меня чистые документы. Да и не постоянно же они кружат по Форогу? Тем более, наши машины стоят во дворе и с улицы не видны… Ну, а если кто из их осведомителей сообщит о моем прибытии к тебе, то пусть подъезжают погранцы, поговорят с бельгийцем Ван-Гостеном.

— С кем? — удивился таджик.

— С главой группы миссии Красного Креста, работающей в Афганистане и Таджикистане.

Кураев погладил бородку:

— Я понимаю, что без надежных документов вы не стали бы открыто появляться здесь, и все же пограничники проверить вас могут. Они, как нарочно, сегодня возле базы с ночи трутся.

От сказанного таджиком Вахтанг напрягся:

— Что? Что ты сказал, Бяшим?

— Ахун ночью звонил. Передал, что получил от охраны сообщение о внезапно объявившейся возле базы мобильной группе русских. Она постояла на площади, у центральных ворот складов, потом уехала куда-то, а с шести утра вновь вернулась. Так и стоят пограничники до сих пор возле базы.

Вахтанг хищно и подозрительно сощурил глаза:

— Как же Ахуну удалось отправить первую колонну?

— Это лучше у него спросить, хозяин. Я подробностей не знаю.

— Хоп! Вызови его сюда!

— Сюда? В мой дом? А это не опасно?

Грузин взорвался:

— Что опасно? Что ты видишь в визите друга опасного? Или вас здесь русские заставили собственной тени бояться? Кто в городе хозяева? Таджики или русаки? Если они, так поднимайте лапы, как позорные шакалы, и идите с повинной к ним. Заодно и дело сдайте! Вам это зачтется!.. Только потом в этом доме, — Вахтанг обвел рукой кабинет, — тебе, Бяшим, уже не жить. Здесь русские чиновники устроятся. Ты этого хочешь?

Кураев встал, покорно наклонив голову, проговорил:

— Извините, хозяин, я не так выразился…

Грузин перебил его:

— Ты не «не так выразился», а сказал глупость. Ахуна ко мне, немедленно!

Бяшим попятился к выходу, бормоча:

— Слушаюсь, хозяин! Сейчас все сделаю, как вы сказали!

Оставшись в кабинете один, Вахтанг задумался.

Да, мобильные группы русских пограничников не редкость в регионе. Но почему одна из них зависла в Фороге? Мало того, зависла у базы и в то время, когда оттуда запланирована отправка груза. Погранцы имеют информацию о наркотике? Нет, это отпадает! Если бы имели, не стояли бы возле ворот, а, вызвав войска, разнесли бы базу к чертям собачьим. Вместо этого группа русских пропускает первую колонну, а затем вновь блокирует базу. Что это за игра? Может, она и ждет войска? Опять не то. Если бы группа ждала поддержку, то она не стояла бы компактно, а взяла базу в кольцо окружения. Но она ничего не делает.