— Смотри на это дело так, — посоветовал Сергей Петрович. — Работа, конечно, тяжелая и грязная, но зато ненормированная. Это преимущество, как ни странно. Бывает, неделями не всплывает никакого дела — знай себе лежи и загорай. Опять же, на Земле можно бывать сколько хочешь. Никто не ограничивает. И коллектив у нас хороший. Не думаю, правда, что ты познакомишься со всеми… Даже я всех не знаю поименно — больше тысячи человек, как никак. Но у нас идеальная система подбора кадров, так что запомни: на любого из симарглов можно положиться. Любой посоветует и любой поможет.

— А почему симарглы?

— А тебе бы хотелось называться Ангелом Смерти? — он усмехнулся. — Симаргл — это крылатый пес, который помогал душам умерших пройти… туда, куда им надо было. Добрый и почитаемый бог славян. Мудрые все же у нас были предки. Знали, чего следует бояться, а чего нет.

— А что, смерти бояться не следует?

— Не закономерной во всяком случае. Вот ты попробовала — страшно?

Лена честно покачала головой. Потом не менее честно добавила:

— Вот теперь действительно становится страшно. За маму с папой. И за Катю. И за… — она смутилась было, но потому упрямо закончила. — И за еще одного человека. Как они там? Они думают, что я… что меня совсем-совсем нет.

— А вот с родными и знакомыми видеться нельзя, — неожиданно жестко произнес доселе такой мягкий Сергей Петрович. — Это — один из немногих запретов, очень строгий. И, поверь мне, — я ведь тоже это на своей шкуре испытал — это не столько для их блага, сколько для твоего. У тебя теперь новая жизнь.

— Жизнь? — Лена внимательно посмотрела на собеседника. — Неужели — жизнь?

Сергей Петрович кивнул, и тут только Лена впервые заметила некую странность в его облике… Солнце просвечивало сквозь него. Это не слишком бросалось в глаза… нет, прозрачным он не был. Разве что самую чуточку.

Почему-то это не испугало Лену, скорее, наоборот успокоило. По крайней мере, необъяснимая чуждость-близость Сергея Петровича получила какое-никакое, а истолкование. «Я сижу рядом с призраком…» Секунду… а если она и сама такая?..

Лена с ужасом посмотрела на свою руку… ничего, не просвечивает… или она просто сама этого не видит?..

— Заметила, да?.. — Сергей Петрович сочувственно улыбнулся. — Я понятия не имею, по какому принципу создаются тела симарглов, но они вполне плотские, хотя имеют ряд странных особенностей… ну да сами все выясните, о некоторых вещах мне просто неловко говорить, — он лукаво подмигнул, и Лена машинально кивнула в ответ. — Что касается меня, то у меня тоже такое было, пока меня не наказали. Ясно?..

Лена снова кивнула.

— Да ты не бери в голову, вообще тут совсем неплохо. Во всяком случае, гораздо лучше, чем скитаться… вовне.

Он закинул голову и продекламировал, глядя, как качаются в синем небе зеленые ветки:

Когда он читал стихи, голос его изменился, и стал необъяснимо похож на шелест ветра, и на плеск воды в реке… Будто само то, что окружало Лену, заговорило с ней, приняв облик человека… Будто облик человека оказался настолько просторен, что вместил все.

Лена подхватила, и они прочли остаток вместе, при этом голоса их странно слились, словно ничего не стоило соблюдать гармонию.

Папа очень любил это стихотворение. Сидит иногда на кухне, смотрит, как мама готовит ужин, и вдруг начнет читать что-нибудь эдакое. Мама смеялась: с твоим техникумом номер три только и читать акмеистов… Впрочем, мама недалеко от папы ушла.