Возможно, это беспредел сверху, на поверхности, разнуздал дисциплину, а может, так и было задумано. В любом случае сейчас это неважно.

– Чё, Док, ни в хуй тебя не ставят? – усмехнулась Лена.

– Они обыкновенные идиоты, – совершенно спокойно махнул рукой тот. – Спорить с ними бесполезно, только нервы зазря напрягать. Я вернусь через секунду, никуда не уходите.

Игнатьевич покинул небольшую комнату, оставив меня совершенно свободным. Но предпринимать что-либо я не спешил. Во-первых, сил нет, от слова совсем, во-вторых, как я уже говорил – рано.

Помещение больше напоминало слесарную мастерскую: с одной стороны трубы, с другой верстак с различными приспособлениями. Чуть дальше, если пройти сквозь неё, имелась ещё одна комната, именно из неё и слышался шум насосов. С противоположной стороны, перпендикулярно, проходил коридор, в котором и скрылся Игнатьевич.

– Ты знаешь, где Мутный? – адресовал я вопрос Лене.

– В бункере, – съязвила она. – Точнее вряд ли скажу.

– Ну, как-то так я и думал, – я ещё раз почесал нос, который никак не желал униматься. – Кормят хоть нормально?

– Тушняк и каша, – поморщилась та. – Чай бледный с галетами.

– Ясно, – буркнул я и замолчал.

Говорить что-то дельное при прослушке тупо. Лучше попробую сосредоточиться, подумаю, всё больше пользы. Хотя, что я могу, жалкий нарик, у которого прорезались маниакальные наклонности. Это когда радиация вокруг, вот тогда я герой, а сейчас меня ссаной тряпкой убить можно.

Послышались шаги и старческое бормотание. Вскоре из-за поворота показался Игнатьевич, который толкал перед собой инвалидное кресло с Мутным.

Выглядел товарищ, мягко говоря, не очень, только что слюни в карман не текли. Взгляд стеклянный, блуждающая улыбка, короче, Мутный в своём обычном состоянии: в хлам. Ну плюс ещё в смирительной рубашке, да к этому креслу прикован.

– Пиздец, – ухмыльнулся я, глядя на это тело.

– Я тебе говорила, – пожала плечами Лена.

– Вот, держите, молодой человек, – Халат протянул мне пластиковую бутылку с водой. – Пейте не спеш… А, впрочем, как знаете.

Он махнул на меня рукой, потому как я уже присосался к ёмкости, просто вливая в себя воду, словно в бездонную пропасть.

– Мне оставь глоток, – толкнула меня в колено подруга, но было поздно.

– Не переживайте, у меня ещё есть, – оживился Док и вытянул из заднего кармана коляски, ещё одну ёмкость, и протянул её Лене.

Я смачно рыгнул, наверное, на весь бункер и вопросительно уставился на Фёдора Игнатьевича. Тот, в свою очередь, терпеливо дождался, когда девушка напьётся и после этого разомкнул ей наручники.

– Итак, – обратился он ко мне. – Вот ваш друг. Вы можете мне сейчас показать что-нибудь?

– Ага, – ухмыльнулся я в ответ. – Сейчас, только штаны сниму.

Лена шутку оценила и прыснула от смеха, после чего присела рядом со мной на каталку, и тоже уставилась на старика в белом халате.

– Шутите? Это хорошо, – совершенно серьёзно отреагировал тот, – но вы зря считаете это смешным?

– Как по мне, неплохо получилось, – нагло заявила Лена.

– Да ты не нервничай, дедуля, – продолжил я давить ему на психику. – Если я тебе сейчас покажу, дело может хуёво закончиться. Такие вещи лучше всего делать в безопасном месте.

– Вы, верно, думаете, что раз я старый, то совсем из ума выжил? – сухим голосом произнёс Игнатьевич.