— Ну, как же так, вкусно же, оторваться невозможно! Ой, здравствуйте! — вздрогнув от неожиданности, неуверенно улыбнулась девушка, глядя куда-то поверх головы хозяина дома. Рамлен обернулся через плечо.

— А, привет, Аль. Выглядишь гораздо приличнее, чем вчера вечером, — он хмыкнул. — Я не стал тебя тревожить. Ты не проспал утром?

— Проспал, — хмыкнул Карт, входя в комнату. — Опять полуночничаете?

— Ну, как-то так. Я, кстати, амулет для вас с Ау закончил, за сутки структура окончательно стабилизируется, так что завтра можно будет использовать.

— Да? Это хорошо. А где сама причина моих страданий? — насмешливо поинтересовался он.

— Ау? — растерянно уточнил Сарк. — Не знаю. Может, она спит уже? — он с надеждой покосился на Оли.

— Нет, она, кажется, ещё не приходила, — пожала плечами девушка. — Но вы не переживайте, она на работе иногда очень долго задерживается. А что не так? — смешалась она под пристальным, недоверчивым взглядом Аля.

— Карт, ну, в самом деле, она под надёжным присмотром, не нужно паниковать, — поддержал её Сарк, поднимаясь с места. Он слишком хорошо знал этот взгляд.

— Сарк, ты… идиот. И я тоже, — устало вздохнул синеглазый демон, покачав головой. После чего развернулся и вышел.

— Оли, оставайся в доме, ладно? — вздохнул Рамлен, быстро чмокнул девушку в макушку и выскочил вслед за другом.

— Вот всегда так, — тоскливо вздохнула Олея, когда за мужчинами хлопнула дверь. — Осталась я и гора грязной посуды. Вот будет забавно, если Ау действительно просто задержалась на работе.

Хоть бы это на самом деле было так!

На душе у саены Стрей скребли кошки.

— Прекрасная саена пришла загадать желание? — раздался неподалёку тихий голос. Достаточно далеко, чтобы я не шарахнулась от неожиданности, и достаточно близко, чтобы понять, что обращаются ко мне. Обернувшись на голос, я обнаружила и говорившего; худощавого и очень пожилого элегантного мужчину при шляпе и трости. На вид ему было уже под семьдесят, он был почти лыс, весь в морщинах, однако одет щеголевато и держался как заправский дамский угодник. Впрочем, ему удивительно шла эта прямая спина и заговорщическая полуулыбка с хитрецой. Наверное, лет тридцать назад он был и правда великолепен, если даже сейчас этого пожилого тара можно было назвать «интересным мужчиной».

— А сюда приходят именно для этого? — ответила я, также вежливо улыбаясь.

— Одинокие юные девушки и юноши полагают, что этот алтарь помогает с исполнением желаний, связанных с волненьями сердца. Говорят, действительно исполняются, — он пожал плечами. — Но вы, стало быть, пришли не за этим. Это будет очень бестактным — спросить, чего же вы хотели здесь в это время суток, если не загадать желание? Впрочем, что я спрашиваю! Я и так бессовестно нарушил ваше уединение.

— Нет, что вы, всё в порядке. Я просто хотела на него посмотреть в тишине и одиночестве. Мне стало интересно, как он… звучит.

— Юная саена учится на творца? — заинтересовался он.

— Можно сказать и так, — я улыбнулась, не вдаваясь в подробности.

— Ну, в таком случае, отсюда вы вряд ли что-то сможете разглядеть, — он пожал плечами. — Ограда, — прозвучало в ответ на мой невысказанный вопрос. — Здесь, наверху, его можно услышать, только стоя на его поверхности.