АЛЬБЕРТО: (Про себя, все еще разгневанный). Что за дьявольщина творится здесь!

ЛЮЧИЯ: Я сейчас вам расскажу, что здесь творится. Они все время говорили, что хотят уйти отсюда, и, надо, сказать, в какой-то мере были правы. Всем известно, какой характер у синьора Туллио. Ничуть не подарок! Я к нему нахожу подход, потому что уже много лет работаю у вас. Мне здесь хорошо, я сильно привязана к вам и к синьоре Джулиане, и ни за что вас не бросила бы, потому что с вами, к счастью, все обстоит иначе. Вы обходителен, вежливый. Обязательно поинтересуетесь: «Как ваша семья, как дети?» и при случае похвалите: «Браво!» Короче, когда мы имеем дела только с вами, все идет гладко, вы современны, принадлежите к новому поколению, нас не обижаете. Но с ним, когда нет вас, магазин представляет собой жалкое зрелище. Ты здороваешься с ним, а он тебе отвечает сквозь зубы, не перемолвится ни с кем даже словечком, не допускает никакой фамильярности, всегда какой-то нервный, угрюмый… Слава богу, что у нас был Кармине, не дававший нам соскучиться! Он всегда пел песни. Какой у него великолепный голос! Показывал нам различные фокусы с французскими картами: сначала, он открывал их веером, давал их посмотреть, и, таким образом, удостовериться, что все они были красными, а затем снова их закрывал, и, когда вновь открывал, все карты были уже черными! Нас это страшно веселило… Мы буквально забрасывали его вопросами: «Как это у вам получается? Покажите, пожалуйста!» Однажды вечером с нами вместе оказался и синьор Туллио… Он смотрел все время на Кармине, ни разу не засмеявшись, то и дело, метая глазами молнии в его сторону. И в какой-то момент вдруг заявил: «Что это за глупости!» и тут же ушел прочь, больше не проронив ни слова, даже не удостоив похвалы несчастного Кармине!

АЛЬБЕРТО: Ладно, хватит о нем! Может у него такой характер, это его личные дела.

Сейчас, главное, надо подумать, как выйти из создавшегося положения. Или набрать на работу новый персонал, или вернуть тех, что уволились. С ними я, пожалуй, переговорю лично.

ЛЮЧИЯ: Если с ними будете говорить вы, можно не сомневаться, что они сразу же примчатся сюда обратно.

ПЕРВЫЙ БАНДИТ: Всем стоять на месте, руки вверх! Мы — грабители!

Действие второе

Палата в больнице, слабо освещенная светом. Только через неплотно прикрытые жалюзи окна, проникают вовнутрь полоски света, падающие на кровать, на которой спит Туллио.

Левая сторона палаты находится в полутьме; слабо различимы контуры Джулианы, расположившейся в кресле. В палату входит медсестра, крупного телосложения, лет под пятьдесят, живая и подвижная. Направляется к окну и поднимает жалюзи. Джулиана тут же просыпается и начинает потирать себе лицо руками. Выглядит усталой и скованной в движениях.

ДЖУЛИАНА: Пусть он поспит еще немножко. Сегодня ночью он уснул поздно. Укол ему не очень помог, плечо беспокоило постоянно. А, что пишут интересно в газетах?

МЕДСЕСТРА: Подождите, я сейчас вам их прочту. (Открывает одну газету) Вот, нашла, послушайте, какие заголовки! ИЗВЕСТНЫЙ ЮВЕЛИР ТУЛЛИО ФРАНКИ ПРЕДОТВРАЩАЕТ ОГРАБЛЕНИЕ ЮВЕЛИРНОГО МАГАЗИНА… В другой газете написано следующее… ИЗВЕСТНЫЙ В ГОРОДЕ КОММЕРСАНТ ДАЕТ ОТПОР ПРЕСТУПНИКАМ. Здесь также есть статья с подробностями. НАПАДЕНИЕ НА ЮВЕЛИРНЫЙ МАГАЗИН, РАСПОЛОЖЕННЫЙ В ЦЕНТРЕ ГОРОДА, С ЦЕЛЬЮ ОГРАБЛЕНИЯ. «Ювелирный магазин, расположенный на проспекте Триесте, стал объектом очередного бандитского нападения. Два вооруженных преступника, взяв одну девушку в заложницы на соседней улице, и, используя ее в качестве живого щита», — бедняжка! — «проникли в магазин с целью его ограбления», — нет, вы только посмотрите, что творится! — «Управляющий фирмой, синьор Альберто Босси, находился в шоке, застыв как вкопанный, в то время как ему на помощь из задней комнаты бросился его компаньон, синьор Туллио Франки, который принялся стрелять в похитителей, обратив их в бегство, но сам, при этом, во время перестрелки оказался раненным в плечо.